Дверь отворилась, и Тереза неосознанно напряглась, принимая позу пособлазнительнее. Шеферд, вот точно он! Кто еще-то.
— Проводили мэтра? — она обернулась и застыла. В проходе между шкафами стоял и смотрел на нее Хельстром Шеферд.
— Простите, я думала… — Тесс присела в книксене. — Доброго дня, ваша светлость.
— Ты, значит, та самая новая помощница Ла Росси? — Хельстром хмыкнул. Не смотря на раннее утро он был в помятой рубашке с пятнами пота на воротнике, всклокоченными волосами, а фрак, небрежно висел на одном плече.
— Да, сэр. — кротко ответила Тесс. Она все еще помнила как на его плечах выросла огромная волчья башка, и воспоминание это отчего-то пугало гораздо сильнее, чем полностью обернувшийся Эверетт. Было что-то ужасное, отталкивающее и страшное в частичном обороте.
— И как тебе тут живется? — спросил он с усмешкой.
— М-мэтр очень добр. — выдавила из себя Тереза споткнувшись.
— О да, Ла Росси спасет мир, — Хельстром недобро усмехнулся, сделал несколько шагов к ней и посмотрел сверху. Он был очень крупным и мощным. Тереза едва дотягивала макушкой до его подбородка.
— Уже ориентируешься в его склянках? — Хельстром брезгливо взял одну пробирку из держателя и поболтал содержимое.
— Отчасти… — пробормотала Тереза растеряно.
— И что это? — Хельстром сунул ей пробирку под нос. Тесс отшатнулась.
— Это вытяжка из вон той травы. — она ткнула пальцем в мешок с биркой.
— И что она делает?
— Эм… Простите, но я не знаю.
— Не сильно ты полезна.
Тереза стояла и не понимала что он имеет ввиду. Для чего она ему должна быть полезна?
Двери в зал открылись, раздались шаги между столами. Тереза с надеждой посмотрела в проход. Хоть бы это был Ретт! Она чувствовала себя ужасно неуютно в обществе старшего Шеферда.
Эверетт вышел из-за стеллажа и удивленно посмотрел на брата.
— Что ты тут делаешь?
— А что? — нагло вскинул голову Хельстром. — Это мой дом, хожу где хочу.
Ретт ничего не ответил на это наглое заявление. Он подошел к вешалке и надел на себя фартук, который обычно носил Жан. Тесс скованно попятилась от Хельстрома подальше.
— Будешь снова копаться в этом мусоре, вместо того чтобы заняться серьезным делом? — Хельстром небрежно всунул пробирку в держатель, стекло чуть не треснуло.
— Что ты хочешь, Хел?
— Ничего. Так, зашел посмотреть что за мышка тут у нас завелась. — он поглядел на Тесс.
Сердце той забилось с неистовой силой.
«Мышка…
— Ее зовут Тереза Доплер.
Тесс хотела поправить его. По документам она была Дан, но что-то ее удержало. Не было никакого желание влезать в разговор оборотней.
— Я знаю, как ее зовут. Она бесполезна. Ничего не понимает в этой вашей алхимии.
— Она понимает больше чем ты. — поддел Ретт, завязывая на спине шнурки фартука. — Тебе стоит поспать.
— Ты прямо как мамочка, Ретт! Думаешь мне нужно подтирать сопли?
— Я этого не говорил.
— Возишься тут с этой чертовой алхимией и этой чертовой человеческой девчонкой как последний дурак!
— Мы обсудим это наедине. Не сейчас.
— Ах, да, маленькая девочка ведь ни о чем не должна знать. — ухмыльнулся Хельстром. Тереза навострила уши.
Ретт посмотрел на брата очень тяжелым взглядом. Тот стушевался.
— Ладно, копайся с червяками, раз тебе это больше по душе чем настоящее дело. Мог бы уже полком командовать.
— Оставляю эту привилегию тебе, — холодно отрезал Эверетт. — Это все? У нас много работы.
Хельстром фыркнул и ушел, громко приложив дверь об косяк. Тереза посмотрела на Эверетта. Тот невозмутимо поправил волосы, забирая из потуже в хвостик.
— Ты залила смесь кардиперитом?
— Вот как раз собиралась. — пробормотала Тесс и пошла за бутылем.
— Поторопись. — приказал Шеферд и пошел к столу Жана, где тот смешивал ингредиенты.
— Что он имел ввиду? О чем я не должна знать? — спросила Тесс, наполняя банку дурно пахнущим раствором. Вонь от него была такая, что хотелось бельевую прищепку на нос надеть.
— Не твоего ума дело. — отрезал Шеферд. Тесс умолкла, изображая обиду. Что-то подсказывало ей, что секреты Эверетта легче вызнать у пьяного Хельстрома. Но как застать его в подпитии?
У Терезы на языке верталась куча вопросов. Что Ретт собирался ей поручить? Почему его семья так против его алхимических занятий? Что случилось с учениками маркиза Леонида в этом поместье? Любой ответ мог быть крайне полезным для Фетаро, именно поэтому Тереза молчала. Не стоит проявлять любопытство в тех областях, которые Шеферду смогут подсказать ее настоящие резоны остаться в этом доме.
Они молча работали. Ретт был далеко не так разговорчив, как Жан. Тот постоянно восторженно рассказывал о своих планах и идеях, Шеферд молча работал и отдавал ей приказания. Когда Жан говорил «Тереза, будь добра принеси вон те ингредиенты» — это звучало как мягкая просьба. Конечно ей и в голову не приходило отказать, но оставалась приятная иллюзия, что она помогает алхимику по доброй воле.
