Ира ушла. Я посидел еще немного, собираясь с силами, но усталость наваливалась волнами, и я отправился в комнату, опасаясь, что позже без посторонней помощи я уже не поднимусь. Плотно упакованная тушка Скраджа казалась просто неподъемной. Удивляюсь, как я тащил эту тварь все утро. Монстр вел себя тихо, только вращал глазами, оглядываясь по сторонам, пугая посетителей и сотрудников гостиницы.
Зайдя в номер, я подумал было, что бедолагу надо развязать, но вовремя вспомнил, ведь он механическая кукла и конечности у него, в отличие от живого человека, не затекут. Стах сказал, что отключится часов на двадцать, чтобы не беспокоить. Такой расклад меня вполне устраивал. Приняв душ, осмотрев себя с ног до головы, все свои ссадины и ушибы, я понял – не так все плохо, как могло бы быть. Просто мне требовался сон, крепкий и здоровый сон. События последних дней не давали возможности как следует отдохнуть и привести в порядок спутанные мысли и впечатления. Слишком много стремительных событий, слишком много действий. Даже в игре требовались небольшие перерывы. Если сравнивать ее с работой, то я уже вторую неделю вкалывал без выходных.
Кондиционер в номере работал на всю мощь; выйдя мокрым из ванной, я сразу почувствовал, насколько прохладным был воздух. Быстро расправил постель и свалился на чистую простынку. Как уснул, не помню, но произошло это мгновенно. Проснулся только один раз, когда Ира толкала меня обеими руками, отвоевывая себе часть кровати. Я подтянул ее к себе поближе и спросил:
– Ты все сделала, что хотела?
– Почти все.
– Отлично, а остальное завтра.
От нее пахло хорошими духами, свежестью и чистотой. Все эти запахи и мое собственное душевное равновесие снова погрузили меня в сладкие волны снов и впечатлений, которые закружились в сознании, словно красочный калейдоскоп. Раскачиваясь на тонких золотых нитях конфетных снов, я все больше погружался в дрему, захлестнувшую с головой.
Мы всегда изобретаем себе тысячи условностей и вырабатываем комплексы, от которых потом и страдаем. Это доказывал весь опыт моей прежней жизни. Я говорю прежней, потому что больше я так жить не смогу. Хочу я того или нет, но изменения, которые произошли со мной за эти две недели, были заметны даже мне самому. Что случится после того, как закончится игра?
Вернусь домой, в пустую квартиру, в которой накопившаяся пыль лежит слоями, а того хуже, если залили соседи сверху или подтекает вода у самого. Телефон в прихожей то и дело надрывается, призывая к себе хозяина, но меня там нет. Неужели я смогу так вот спокойно ходить на работу и продолжать трясти клиентскую базу, то пополняя ее, то вычеркивая пропавших без вести? Как я работал прежде?! Ведь это невыносимо скучно. Однобоко и рутинно. Согласен, любая другая работа затянет не хуже этого болота, к этому можно привыкнуть. Но мириться со старым своим местом я уже не смогу. Это выше моих сил, меня будет угнетать, что ничего не изменилось и все прошедшее было не больше чем сон.
Я уже не спал. Проснулся и тихо лежал, пялясь в потолок, на котором играли блики от фонарей на улице. Ночь была на излете, близилось утро. Стрелки часов на большом циферблате показывали без трех минут три. Спать больше не хотелось. И так проспал почти сутки. Ира лежала рядом и мирно сопела, укутавшись в одеяло, прячась от прохладного потока, дующего из решетки вентиляции.
