— Значит, ты тоже веришь в свой успех.
Что вообще должен был означать весь этот повторяющийся диалог?
— Да. Не знаю, правда, как его добьюсь, но очень постараюсь.
— Уверена, что добьёшься, — согласилась Яне.
— Спасибо, принцесса, — Леспок вновь переключился на волшебника-консорта Грея. — Так чего я ещё не знаю, помимо способа, с помощью которого должен оправдать ожидания Хамфри?
— В чём именно заключается талант принцессы Яне. Это Идея, ты правильно сказал, но маленькая планета — ещё не всё. Всё, с чем она соглашается, становится реальностью, и она рада соглашаться с тем, во что верят другие.
— Это мило, — сказал Леспок, взглянул на Яне. — А разве то же самое нельзя сказать о ком угодно? Вообще-то я не особо верю во что-то, пока оно не произойдёт на самом деле.
— Но ты можешь ошибаться.
— Да. Как и любой другой.
— Принцесса Яне не ошибается никогда.
Это прозвучало странно.
— Но каждый может понять что-то неправильно или получить неверную информацию.
— Не Яне. Как только она принимает идею, та становится правдой. В этом талант принцессы.
— Но… — Леспок снова окинул принцессу взглядом. — Без обид, принцесса. Но что в этом такого особенного?
— Как только она согласилась с тем, что в этой миссии тебя ждёт успех, это тоже стало правдой, — объяснил Грей. — Её талант превращает её реальность в нашу общую реальность.
Над головой фавна засиял бледный свет.
— Как волшебница, она заставляет вещи происходить, — сказал Леспок. — Это и правда помогает. Но почему бы ей просто не решить, что кто-то из вас может справиться с линчеванием? Зачем втягивать в дело фавна, который ни о чём не в курсе?
— Потому что идея должна исходить от того, кто не ознакомлен со спецификой её таланта.
Леспок обдумал его слова. Вся компания прекрасно знала принцессу Яне. Даже Ромашка познакомилась с ней намного раньше него. Только Леспок до сих пор не имел полного представления о её таланте, хотя ему так не казалось. Следовательно, учитывалась только его вера в победу. Незнание было его главным преимуществом.
— Значит, теперь у меня получится, — медленно произнёс он. — Но всё, во что я поверю после того, как мы закончим с линчеванием, не будет иметь значения, поскольку я уже буду осведомлён о тонкостях таланта принцессы Яне.
— Именно, — согласился Грей. — Но этого достаточно. Уверенность в победе гарантирует не только твой личный успех, но и выживание всей человеческой части Птеро. Вплоть до этого момента мы стояли лицом к лицу с возможностью полного исчезновения.
Леспок был потрясён, и не в очень приятном смысле этого слова.
— Так меня отправили сюда потому, что я не знал о таланте, чтобы вы смогли убедить меня в успехе, и я бы справился с проблемой, благодаря помощи принцессы Яне, дабы вы избежали печальной участи.
— Да ладно тебе обижаться, — заметила День.
— Мы всё тебе компенсируем, — добавила Ночь. Обе задержали дыхание.
— Даже не думайте! — огрызнулась Электра.
Сёстры так и покатились со смеху. Они заразили своим весельем и Леспока. Перспектива работы с ними перестала казаться ему такой уж плохой. По крайней мере, девушки были жизнерадостные и обладали достойными талантами.
— Теперь мы, кажется, знаем отправную точку, — сказала король Айви. — Мы понятия не имеем, с чего начать, как и ты, но предоставим тебе всю возможную поддержку.
— Спасибо, — поблагодарил Леспок. — Думаю, мне надо побеседовать с принцессами и посмотреть, не получится ли разработать какую-то стратегию против линий.
— Конечно! Давай пойдём прямо в спальню! — счастливо воскликнула День.
— Я подготовлю постель, — мрачно добавила Ночь.
— Девочки! — сурово упрекнула их Электра. — В вашем возрасте у меня были хоть какие-то приличные манеры.
— Мам, в нашем возрасте ты уже выскочила замуж, — напомнила ей День. — И приоткрыла покровы Взрослой Тайны.
— А ещё ты носила голубые джинсы, — вторила ей Ночь. — А мы — платья.
Она круто повернулась на каблуках, заставив юбки опасно взметнуться.
— Теперь наша очередь озорничать, пока мы молоды и роскошны.
— Из всех возрастов, чтобы застрять, вы выбрали этот, — простонала Электра. — Вы просто невозможны.
— Перестань, Мам, — сказала День. — Ты наслаждалась, вызывая аистов, чтобы они принесли нас. Признай это.
— Может, пройдём в комнату с Гобеленом, — предложила Ромашка. — Если она уже кем-то не используется. И вы сможете нам всё показать.
— О, но мы прекрасно справились бы и без Гобелена, — безмятежно сказала День, вертя верхнюю пуговку блузки. Ночь подчёркнуто одёрнула подол. Однако на сей раз взгляд Электры сопровождался таким же укоризненным взглядом короля Айви, и сестрички предпочли замолчать.
Компания направилась в комнату с Гобеленом. Леспок боялся, что увидит там себя, лежащего на кровати, но та пустовала. На постель опустились все четверо, готовясь наблюдать за событиями на Гобелене. Леспок обнаружил себя зажатым между принцессами День и Ночь, его касались их мягкие бёдра. Это представляло определённое неудобство, но фавн сделал вид, что ничего не замечает. Он знал, что за их невинными шалостями не скрывалось нечто большее.
— Гобелен может показать полосы? — спросил он.
