– Ах да… – опомнился Сенсеич. – Тебе сто двадцать отжиманий!
– Феминист, – пробормотала под нос Маша, опускаясь на корточки и принимая упор лежа. – Чего-то я тоже отвыкла от его… тренировок.
Алекс лишь усмехнулся и принялся методично отжиматься.
Что такое сто раз на фоне мирового рекорда в шесть тысяч?
– А пока наши любители пообщаться отжимаются, я хотел бы услышать от вас короткий отчет о проделанной работе.
«Надо же, – обрадовался Алекс, – а ведь есть в наказании и положительные стороны. Не придется отчитываться первым!»
Оставшаяся в строю троица в нерешительности переминалась с ноги на ногу. Ясное дело, никому не хотелось открывать свои карты раньше остальных. Да и слишком по-разному они восприняли данное год назад обещание… Каждый выполнял его в меру своего разумения и руководствовался исключительно собственной фантазией.
Неожиданно для всех, а возможно и для самого себя, вперед вышел Данила. Получив разрешающий кивок учителя, он начал рассказ.
– Как вы и говорили, весь год я занимался наработкой скоростных характеристик. Работа с утяжелителями, резинками, отработка движений на уровне рефлексов. Кстати, именно для этого я продолжил углубленные занятия вин-чун,[31] – с немалой долей самодовольства пояснил Данила. – Все-таки, на мой взгляд, это наиболее оптимальная боевая система за исключением некоторых недостатков…
Машка перестала отжиматься и тихо прокомментировала:
– Наш гений нашел ошибки в боевой системе с многовековым опытом.
– И в чем же ее недостаток? – с интересом спросил Сенсеич.
У Алекса возникло стойкое ощущение, что всезнающий учитель опять притворяется. Ну, не может он не знать всех особенностей такого распространенного стиля, как вин-чун.
– Конечно, использование принципа: самый быстрый удар – это прямой удар, не лишено смысла, – как по заученному, принялся говорить баскетболист. – Кратчайшее расстояние между точкой А и точкой Б действительно прямая, но ведь невидимый удар по умолчанию быстрее любого другого удара. Конечно, это не бокс, в котором из-за ограничения видимости перчатками боковые удары очень часто являются причинами нокаутов, но все же… Иногда при бое на близком расстоянии боковые удары весьма результативны.
Сенсеич довольно усмехнулся.
– Что ж, в целом ты прав. Вот только я не вижу в твоем наблюдении серьезной практической пользы.
Алек готов был согласиться с Данилой, отлично зная, что большинство атак в вин-чун действительно проводятся через «срединную линию». Однако в Россию из Китая и Вьетнама пришло множество вариаций этого стиля, и в одном из них наверняка уже была решена эта проблема. Похоже, баскетболист изобрел очередной велосипед…
– Пусть покажет, – подал голос Костя и бросил хищный взгляд на только закончившего отжиматься Алекса. – На нем!
– Это будет не слишком рационально, ведь Алекс почти не изучал этот стиль… – Сенсеич задумался. – А давай… На мне.
Данила побледнел.
– Э… Машка вроде тоже вин-чун практикует…
Алекс невольно улыбнулся, представив, как бы выглядел спарринг в стиле вин-чун между двухметровым Данилой и совсем невысокой Машей.
– Ах так! – возмущенно вскричала Машка, вскакивая с пола. – Да я тебя… – Ее взгляд пробежался по увешанной оружием стене. – На мечах!
– Лучше уж тогда вы, – вздохнул баскетболист, заставив девушку гордо вздернуть носик.
Виктор Михайлович подвигал шеей и размял плечи.
– Ну что ж, проверим, насколько улучшились за год твоя техника и рефлексы.
– И скорость, – заметил Данила, принимая классическую стойку вин-чун.
Со стороны, кстати, эта стойка смотрелась довольно забавно: со сведенными коленями и поднятыми к самой груди кулаками. Впрочем, забавной она была только у Данилы, Сенсеич же смотрелся в ней так естественно, что она начинала казаться гармоничной и законченной.
Данила не стал ждать нападения Сенсеича, а решил перехватить инициативу и первым задать ритм боя. За мягким шагом вперед тут же последовала одновременная атака рукой в лицо и ногой под голень. Одной из особенностей этого стиля были именно такие жесткие одновременные атаки, чаще всего совмещенные с блоками.
Сенсеич с легкостью поставил жесткий блок рукой и совершенно спокойно принял удар ногой, будто не почувствовав его. И тут начался быстрый обмен короткими ударами, проследить за которыми было очень непросто даже со стороны. Что уж говорить о Даниле, находящемся в эпицентре этого вихря. Впрочем, здесь и не нужно было видеть – все происходило на рефлекторном уровне. Не зря основная часть тренировок вин-чун проходила в парной работе. На таком близком расстоянии самое важное – чувствовать каждое движение оппонента. Именно это было основной особенностью стиля – техника чи-сау – «липкие руки», позволяющая контролировать руки противника, распределять свою силу и, по слухам, уметь одним прикосновением определить его атакующее намерение.
Сенсеич наращивал скорость и уменьшал амплитуду движений до тех пор, пока Данила не дрогнул. Первый же пропущенный удар заставил его потерять концентрацию, а дальше он «поплыл» и пошло-поехало…
