Сбросив с плеч рюкзак, он принялся с остервенением сдирать с себя опостылевшую форму муров. Снятая с мертвеца, заляпанная кровью и провонявшая потом и дымом, она причиняла жуткий дискомфорт. Вытащив из пакета только что купленный у Надфиля костюм, он облачился в свежее и сразу почувствовал себя значительно лучше. Грязное муровское тряпье завернул в освободившийся пакет и затолкал в мусорное ведро — стирать эти тряпки ни к чему, он их никогда больше не наденет. Правда, нательное пока пришлось оставить как есть, не дело надевать чистое, пока не отмоешься, как следует, перед этим. Но тут уж ничего не поделаешь, придется немного потерпеть. Повесив на пояс портупею с кобурой, в которой покоился трофейный «глок», он запер дверь и спустился обратно в зал.
Здесь особо ничего не изменилось: Дина все так же протирала свои сияющие стаканы, разве что на одной из стен заработала плазменная панель, на которой еще совсем молодой герой Джеки Чана забавно отмахивался от целой толпы наседавших на него противников. Какой-то из ранних фильмов, который Дикарь не признал с первого раза.
— Садись, сейчас все принесут.
— Пиво есть? Светлое. И к ним фисташки или что-то похожее.
Дина без вопросов наполнила высокий стакан янтарной жидкостью, поставив его на кругляш подставки перед его носом, рядом примостила блюдце с солеными орешками. Не успел Дикарь сделать и пары глотков, как огромный сутулый амбал с лысой башкой и слегка оплывшими чертами лица, принес ему тарелку со скворчащей свиной лопаткой и испускавшим пар овощным рагу. Запах от еды шел такой, что рот моментально наполнился слюной.
— Спасибо, Горб.
Кваз прогудел что-то неразборчивое в ответ и не спеша ушел обратно в подсобку. Дикарь проводил его взглядом — как-никак, впервые увидел другого кваза со стороны.
— Симпатичные у тебя официанты работают. Я, надеюсь, девочки, которых ты тут так активно рекламируешь, чуточку более симпатичны или такие же красотки?
— Смотри, при Горбе такого не ляпни. У него с чувством юмора — беда, нет его от слова «совсем», не оценит. Все девочки просто отсыпаются после ночи, вот он и работает на два фронта. Обычно, я кого-то оставляю, но сейчас клиентов мало, так что дала им немного отдохнуть. И да, у меня есть одна девушка-кваз, на большого любителя, тут ты угадал. А остальные вполне себе ничего, но тут дело вкуса, сам ведь понимаешь. Хотя, к слову говоря, Жанна редко по вечерам скучает в одиночестве. У нее, так сказать, своя клиентская база. Да и новички частенько соглашаются, за новизной может, гонятся, черт их знает. И недовольными от нее редко кто уходит.
— Ага, такой попробуй, скажи, что недоволен, она тебя мигом в бантик завяжет.
Дина искренне рассмеялась бархатистым смехом.
— Ну, это да, тут есть свои риски.
Больше не утруждая себя разговорами, Дикарь накинулся на еду, запихивая в рот огромные, обжигающие куски сочного мяса и гарнира, в несколько глотков осушил стакан с пивом.
— Аппетит у тебя в порядке, мой Горб, пожалуй, поменьше твоего наворачивает, — Дина без слов наполнила опустевший стакан.
— Да я как в Улей попал, постоянно ем, как не в себя. Сколько ни дай, все смолочу. Раньше такого за собой не замечал.
— Ну, не удивительно, ты ведь квазом стал. К тому же, вон, руки одной нет, а на ее регенерацию силы нужны.
— Нужны-то, нужны, только вот я вообще не вижу в ней никаких изменений.
Дикарь с огорчением уставился на свою культю, которая ни на йоту не изменилась за прошедшие дни. Может, он, конечно, слишком многого хочет, а процесс восстановления конечностей занимает больше времени.
— Монаху покажись, пусть посмотрит. Точнее знахаря тебе никто ничего не скажет.
— А как этого вашего Монаха найти?
— Он ближе к кораблю живет, почти у самых кранов. Спроси у любого прохожего, тебе подскажут.
— Хороший знахарь?
— Один из лучших, что мне доводилось встречать. Он — старожил, уже давно в Улье. Вот только, думаю, недолго ему здесь жить осталось.
— Это еще почему?
— У всех знахарей есть одна общая черта. Рано или поздно они уходят куда-то. И никто не знает куда. Говорят, их сам Улей к себе зовет; не знаю уж, насколько это соответствует правде. Потом, говорят, возвращаются иногда, но уже не совсем не такими, как раньше. Но это все только на уровне слухов; от самих знахарей ты на этот счет ни слова не добьешься. У них там вроде собственной секты или культа, в хорошем смысле этого слова. Они периодические собрания устраивают, ну типа как симпозиумы у всяких ученых дядек, как на Земле водилось. Съезжаются со всех стабов региона, обмениваются опытом.
— А почему ты решила, что ваш Монах скоро с концами свалит?
— Он недавно взял себе ученицу, а это верный признак, что замену себе готовит. Не принято у них оставлять крупные поселения без присмотра. Может Палаш больше знает, вот только разве он кому-то скажет?
— Значит, нужно обязательно к нему заглянуть, пока он отсюда не исчез.
— Вряд ли это прямо в ближайшее время случится, обучение у знахарей — процесс не быстрый, Ласка только недавно у нас появилась. Так что можешь по этому поводу не переживать.
