Как же она обрадовалась, когда он наконец женился! Закатила вечеринку на последние деньги. Целовала симпатичные щечки будущей невестки, гладила ее по худеньким плечикам и уверяла, что с Сашкой она будет счастлива.
Не вышло! Не вышло у нее предсказать удачу, как у родителей. Все с первого дня пошло у них не так. Сашка, ненадолго протрезвев, снова взялся за старое. Так еще и вещи начал таскать из профессорской квартиры, идиот! Настя от него быстро отделалась. И братец вернулся в родительскую квартиру, в которой Вера так и не успела насладиться тишиной и покоем.
Когда он вдруг не явился ночевать, она ни о чем таком даже не подумала. Напился, решила она. Напился и остался у какой-нибудь шлюхи. Или на чердаке уснул, так случалось. Но он не вернулся и на второй, и на третий день. Она пыталась до него дозвониться, но телефон был выключен. И вдруг на работе ее подзывает к себе начальник смены и показывает видео со своего телефона. А там ее родной братец собственной персоной устраивает дикий скандал сыночку бывшего мэра — Ильину Глебу. И несет что-то несуразное, трудно различимое. Трясет руками, пытается дотянуться до его головы.
Конечно, Сашку нейтрализовали. Охрана ресторана его скрутила и утащила куда-то. И было это как раз три дня назад. Потому его и нет дома. Он либо в больнице, либо в полиции, решила тогда Вера и успокоилась.
Если в больнице, то ничего серьезного, давно бы уже позвонили, он всегда носил с собой документы. Подлатают, выпишут, вернется. Если в полиции, то пусть сидит, раз дурак такой. Больше пятнадцати суток ему не дадут. Вернется.
Но Сашка не вернулся и через две недели. Зато явилась его бывшая училка. Та самая, из-за пропавшего сына которой ее родители и ушли на тот свет. Так считала Вера.
Анна Ивановна разыграла целую сцену на пороге ее квартиры, дальше Вера ее не пустила, опасаясь провокаций.
— Мне надо поговорить с Сашей, — настаивала она.
— Его нет. Уходите.
— Когда будет?
— Не ваше дело, — скрипела Вера зубами и пыталась закрыть дверь перед наглой женщиной.
— Я видела видеоролик в Интернете. Этот скандал… Он что-то пытался сказать этому мажору. Он в чем-то обвинял его! Мне это важно, поймите. Что? На что он намекал?!
— Не знаю. Отстаньте, Анна Ивановна. Уходите!
Вера теряла терпение и силы, училка была настойчивой и лезла в квартиру.
— Понимаете, это может быть как-то связано с исчезновением моего сына. Понимаете или нет?!
Ее печальные глаза наливались слезами, губы и руки дрожали, она судорожно дышала. Она почти задыхалась. И Вера сдалась.
— Его нет, потому что он после того памятного скандала так и не вернулся домой, — призналась она.
— Как не вернулся?! — Училка часто моргала, ловила ртом воздух.
Еще на Верином пороге обморока не хватало! Вера подергала плечами.
— Никак не вернулся. И не звонил.
— А где же он?
— Думаю, отсиживается где-нибудь. Может, у бывшей жены. Может, у шлюхи какой-нибудь. Мне это неинтересно. Уходите.
— Погодите, погодите, — она положила трясущуюся ладонь на дверную ручку, взмолилась. — Да погодите вы дергать дверью! Это же… Это же никуда не годится. Он где?! Вы даже не искали его?
— Нет. А зачем?
Вера скрестила руки перед грудью, уставилась на женщину. Рассказать ей о бессонных ночах, которые ей устраивал ее пьяный братец? Рассказать о его бреде, поломанной мебели, разбитых стеклах? Скандалах на ровном месте, когда он мучился похмельем? Рассказать? А смысл? Разве она поймет? Нет.
— Он совершеннолетний, Анна Ивановна. Он так решил.
— И вы не станете писать заявление о его исчезновении?! — ужаснулась училка, прижимая руки к груди.
— Нет. — Вера качнула головой и налегла грудью на дверь, намереваясь ее захлопнуть. — Все, разговор окончен.
Потом ей позвонила Настя — бывшая Сашкина жена. Рассказала о визите Анны Ивановны.
— Она настаивала, чтобы я пошла в полицию и написала заявление о его исчезновении. Она обвиняла меня в бездушии, Вера, — жаловалась Настя слабым голосом. — Но я не могу!
— Забей, Настя.
Вера ей даже немного посочувствовала. Хотя не могла простить того, что она так быстро избавилась от Сашки. И вовсе с ней не общалась после их скоропалительного развода.
— Но она уже дважды была, Вера!
— Я сказала, забей.
— Но как!
— Не открывай ей дверь и все.
— Думаешь, поможет? — спросила Настя с надеждой.
— Думаю, да.
Вот дура! Как не поможет? Не станет же училка орать под дверью, привлекая внимание соседей. И дверь с петель снимать не станет. Позвонит, постучит и уберется восвояси.
— Вера, я тут долго думала… — обронила перед тем, как попрощаться, Настя. — А где он в самом деле может быть?
— Не знаю и знать не хочу. Если хочешь узнать, иди в полицию.
— Не пойду, — почти выкрикнула Настя и отключилась.
Потом Вера долго мучилась угрызениями совести. И даже несколько раз брала такси, чтобы доехать до отделения полиции их района. Но порога так и не переступила.
Она боялась не того, что ее заявление не примут. Нет. Они сделать это были обязаны. Искать, конечно, не станут. Это факт. Но заявление принять обязаны.
Не этого она боялась.
