Оказаться на «Росинанте» — всё равно что вернуться домой, разве что корабль был слишком пустым. Узкие коридоры палубы экипажа выглядели слишком широкими. Периодическое позвякивание и потрескивание компенсационных швов при изменении температуры казались шагами призраков. Когда ремонтная бригада находилась слишком близко, и он мог ее слышать, Холдена возмущали любые голоса и шаги, если они не принадлежали его команде. В отсутствие рабочих тишина его подавляла.
Он сказал себе, что это временно. Что уже скоро Алекс снова окажется в рубке, а Амос — внизу, в машинном зале. Наоми — рядом с ним, будет спокойно объяснять, в чем он напортачил и как можно всё исправить. Он полетит на Луну, и они будут там. Все. Каким-то образом.
Вот только от Наоми по-прежнему ни слова. Он получил только короткое текстовое сообщение от мамы Тамары, что его родители целы и невредимы, но на ранчо падает пепел, как снег зимой. И ничего от Амоса.
Иногда люди знают, что говорят последнее «прости», но не всегда. Временами. Обычно люди прощаются так небрежно, что даже этого не замечают. И теперь, в темноте палубы экипажа, когда рядом зависла полулитровая груша бурбона, а из аудио-системы доносились блюзовые аккорды, Холден был уверен, что с некоторыми людьми он попрощался навсегда, хотя и не осознавал этого. Он проигрывал в голове прошлое, и воспоминания с каждым разом становились менее правдивыми и более болезненными.
— Только мы и остались, — сказал он кораблю. — Только ты у меня и остался.
«Росинант» долго не отвечал, а потом удивительным образом ответил. На приборной панели появился яркий желтый сигнал входящего сообщения. Холден рукавом вытер влагу с глаз и принял вызов. В окошке появился Фред Джонсон с нахмуренными бровями.
— Холден?
— Фред?
— Всё в порядке?
— Да. А что?
Фред подался вперед, голова на экране стала огромной.
— Я уже пятнадцать минут пытаюсь достучаться на твой ручной терминал.
Холден оглядел приборную панель и кивнул.
— Наверное, в штанах оставил. У себя в каюте. Похоже на то.
— Ты что, пьян?
— Похоже на то. — Он старался произносить слова четко.
— И ты без штанов?
— Наши отношения еще не в той стадии, чтобы это обсуждать.
— Ладно, прими что-нибудь из медотсека, чтобы протрезветь, и прикрой задницу. Я посылаю тебе команду для полета.
Холден включил освещение и приглушил музыку.
— В чем дело?
— Мы получили кое-какие новости. Марсианского премьер-министра обстреливают. Те корабли, которые обнаружил твой Алекс, оказались подставой, чтобы выманить конвой.
— Но ведь новые корабли конвоя...
— Они-то и стреляют.
Холден беззвучно выругался.
— На том корабле — Алекс. От него что-нибудь слышно?
— Пока что ни от кого нет сообщений. Я нацелил в том направлении несколько радиотелескопов, и вот что выяснилось. Я поговорил с Драммер и инженерами. Они сказали, что «Роси» в полном порядке, а мне совсем неинтересно сидеть тут и ждать, пока тот, кто за этим стоит, снова на меня нападет.
Холден отстегнул ремни кресла и двинулся вперед. Голова немного гудела. Он оглядел командную палубу. Как будто в глубине души по-прежнему ожидал увидеть Алекса, Наоми и Амоса, летящих следом. Он не осознавал, что сделал это по привычке — подождать свою команду, прежде чем «Роси» отправится в путь. И он понял, что впервые их с ним не будет. Плохое предзнаменование.
— Хорошо, — сказал он. — Приберусь тут для приема гостей. Когда собираешься вылетать?
— А когда можно?
— Реактор еще холодный, и надо пополнить запасы воздуха и воды, — ответил Холден. Алкогольные пары, казалось, уже выветрились, но он не был уверен, правда ли это или ему мерещится. — К тому же надежный источник сообщил, что мне необходимо получить в медотсеке что-нибудь для протрезвления и прикрыть задницу.
— Спасибо, что не забыл, — сказал Фред. — Через два часа?
— Думаю, это возможно.
— Договорились.
Холден подтянулся на руках по шахте лифта. На его «Росинант» прибывает новая команда. Конечно, как же иначе. Так они и планировали, но теперь эта перспектива вселяла в него ужас. Незнакомые лица за панелью управления и в каютах экипажа. На корабле будут звучать не те голоса, к которым он привык еще со времен «Доннаджера». Даже когда они возили пассажиров, душой корабля была команда. Теперь будет по-другому, и ему это не нравилось.
По пути в свою каюту он остановился у медотсека. В трезвом состоянии временный экипаж по пути на Луну уже не казался ему таким зловещим знаком, но в мозгу засела мысль: без Наоми, без всей команды «Росинант» будет не таким как прежде. Когда Холден проверил ручной терминал, единственное сообщение было от Фреда. Молчание Алекса не улучшало ситуацию.
Транспортная кишка присоединилась к шлюзу с тихим щелчком, станция Тихо как будто откашлялась. Холден вошел в шлюз, чтобы впустить их. В пространство между шкафчиками вплыли восемь человек — шесть астеров, а двое похожи на землян, все в летных комбинезонах станции Тихо и с маленькими личными сумками. Среди них была и Драммер в форме службы безопасности.
— Капитан Холден? — сказала она. — Хочу представить вам капитана Фостера Сэйлса и его команду.
