В глазах Фары до сих пор стояла взмывающая в темнеющее небо худощавая фигура Змея. На его впалой груди расцвели три кровавых цветка и пули автоматной очереди отшвырнули его прочь, бросили на асфальт как изломанную куклу. Фара дернулся было к нему, но за руку поймал Боец и дернул к машине.
— Братуха, оставь! Дергаем! — проорал Анатолий каким-то чужим, натянутым голосом.
Носорог уже сидел на пассажирском сидении, а рядом падал Кот. Игорь выстрелил ещё пару раз в сторону группы у «мерседесов» и ощутил, как его правая рука ударилась о невидимый дверной косяк. От бицепса отлетел кусочек мяса и начал стекать по двери, как фантастическая красная улитка, по ткани куртки заструилась алая струйка. Анатолий прикрыл его от следующей пули и сам изогнулся персидсим луком, когда автоматная очередь зацепила бок. Из его рукава, как туз у шулера, вылетел небольшой пистолет, и он разрядил обойму, целясь в короткостриженного с автоматом. Тот упал на колени, будто собрался совершить намаз, а после и вовсе рухнул ничком. Остальные продолжали стрелять по уходящей цели.
— Давай!!! — снова тот же голос ударил Игоря по перепонкам, и Фара скользнул на заднее сиденье.
Для того, чтобы влез Анатолий, пришлось приподнять и прислонить зажимающего живот главаря «Северных волков». Жало простонал, но не открыл плотно сжатые глаза. Анатолий упал рядом и Кот нажал на гашетку, уводя машину из-под обстрела. Сидящие внутри люди пригнулись, когда лобовое стекло взорвалось серебристыми осколками. Кот яростно крутил баранку, почти кожей ощущая пули, впивающиеся в кузов машины. Снаружи оставались двое — лежащий в неественной позе Змей и седьмой участник их стрелки, Баллон, которому пуля угодила в сонную артерию. Ещё пятнадцать голов высыпались из пакетов и лежали как арбузы на бахче.
Машина успела проехать десяток метров, когда вторая «БМВ», оставленная без хозяев, взлетела в воздух от сильнейшего взрыва. Оставшиеся стекла выбило взрывной волной и осколки впились в руки, тела, лица пассажиров. Кот гнал и чувствовал, как заднее правое колесо осело вниз и по асфальту дребезжит диск. Только бы оторваться.
Молодым людям повезло — взорванная машина перегородила проезд «эльмашевцам». Пока «мерседесы» ехали по объездному пути, разгромленная в пух и прах верхушка «Северных волков» успела затеряться в лабиринтах екатеринбуржских улиц.
Дребезжащая, наклонившаяся на правую сторону машина доползла до ветхой двухэтажки на Совхозной улице. Опасно было оставлять её здесь, и решено, что Кот, чудом не получивший никаких ранений, кроме царапин от выбитых стекол, отвезет её дальше и утопит в Калиновских разрезах.
Носорог и Игорь вытащили залитого кровью главаря, сквозь его прижатые к животу пальцы сочилась темно-красная жидкость, будто он пытался пронести на футбольный матч грелку с томатным соком, и она порвалась. Жало стонал. Игорь старался не сильно задействовать горящую огнем правую руку, Носорог же чуть ли не прыгал на одной ножке, скрипел зубами с такой силой, будто перекусывал гвозди. Процессию замыкал бледный Боец, он из последних сил старался не упасть в обморок. Хирург как назло жил на втором этаже, и молодые люди покрыли кровавыми кляксами каждую из давно не крашеных ступенек.
— Тащите его в комнату и бросайте на кушетку. Сами как? — сразу же пропустил их в прихожую Хирург.
— Сами по легкой. Вот Жало по ходу прилично цепануло, — Анатолий опустился на коричневую тумбочку и закрыл глаза.
— Марина, обработай их, пока я этим займусь, — крикнул Хирург в сторону кухни, а сам прошел следом за троицей. Вскоре двое вышли наружу, а Хирург закрыл дверь, чтобы его не отвлекали.
Из кухни вышла полноватенькая Марина и поманила за собой. «Девочка-пышка» — как иногда называл её Кот. Она частенько бывала в гостях у ребят и не гнушалась оставаться ночевать. Цветастый халатик обтягивал полные телеса и являл два полушария взору Фары, когда она склонилась над ним, перевязывая рану на руке.
— Пуля лишь зацепила, так что приходи завтра. Поменяем повязку и посмотрим, что можно сделать! — сказала она грудным голосом.
Молодые люди обернулись на стук — то в прихожей завалился потерявший сознание Боец. Они затащили его в кухню и разложили на потертом ламинате. Кровь слабыми толчками выходила из двух отверстий на боку. Спереди и сзади.
— Везунчики вы, — проговорила Марина, набирая в шприц противостолбнячную сыворотку. — Судя по всему, важные органы не задеты. Но он много крови потерял, так что подай бинты и аптечку. А у здоровяка чего?
Носорог зажимал мощной ладонью пулевое отверстие на бедре возле колена. По белизне лица он мог сравняться с бежевыми клеенчатыми обоями на кухне. Однако Игорь поразился тому факту, что этот здоровяк не побежал во время перестрелки, а отстреливался вместе с остальными. Вот Змея жалко. Баллона не так жаль, он недавно появился, а Змей…
— Ранен я… тоже… но я подожду… — через редкие вдохи проговорил Носорог.
