Ну уже войдя в потайной ход и закрыв за собой как решётку в камеру, так и дверь, обе женщины поверили окончательно, что побег у них может и в самом деле получиться. По крайней мере маркиза Рейна так об этом и заявила:
– Галли, ты везучая! И боевая! Мы с тобой откуда угодно вырвемся!
После чего довольно смело, подсвечивая себе фонариком, двинулась по узкому, резко извивающемуся коридору. А «везучая и боевая» двинулась следом с некоторым недоумением:
«Сама поражаюсь, чего это со мной? Не настолько я в данных событиях активная. Скорее, это Аза показывает высший класс приспособляемости к любой обстановке…»
Осматривая спасённую из мира колдунов жертву, Труммер первым делом обратил внимания на сам факт её полного исцеления. Жалкие тряпки, некогда служившие одеждой, задубели от впитавшейся в них крови, застывшая сукровица виднелась и на местах недавних ран. Но самих дыр от пуль как не бывало!
А ведь он видел собственными глазами измочаленную пулями плоть. Понимал, что с такими повреждениями люди не живут. И осознавал, что никакому магу, лекарю или целителю подобное излечение не по силам. А значит, отныне стал истово верящим в силы и возможности дэмов. Правда, он и раньше не сомневался в их уникальности, но одно дело – не сомневаться и верить, а другое дело – знать.
Ну и пока Надариэль не возвращался, а девочка, чуть слышно постанывая, постепенно приходила в сознание, Поль быстро стянул с себя боевой костюм, однозначно спасший его от смерти. Если уж он в районе спины и плеч оказался жутко изрезанным, продырявленным в нескольких местах, то сложно себе представить, что случилось бы от разлёта осколков с человеческой плотью. Наверняка бы разорвали на мелкие кусочки, которые даже всесильный властелин не смог собрать в кучу.
Нижнее специальное бельё на спине тоже потеряло целостность и неприятно смотрелось из-за бурых пятен крови.
«Это сколько же я потерял кровушки-то? – поражался парень, в то же самое время тщательно прислушиваясь к себе. – И вроде ничего не болит… головокружения нет… А вот малявка, наверное, потому и очнуться не может, что кровопотеря у неё огромная. Сколько у неё того тельца?.. Наверное, надо бы кого-то позвать?.. Чтобы её омыли, что ли? Или лучше не трогать?..»
Стоя рядом со столом, он взял девочку за руку и попытался прощупать ей пульс. Даже удивился, когда всё-таки уловил трепетное колебание плоти. Потом ещё больше удивился, когда исцелённая открыла глаза полностью и в упор на него уставилась. Причём осознанно уставилась, чуть ли не строго требуя отчитаться тут же и сразу за все свои прегрешения.
Поощер на это постарался улыбнуться как можно приветливее. А чтобы отношения сложились дружеские, применил своё умение: импульсом доступной ему силы снял усталость с незнакомки. Хотя о какой усталости могла идти речь, если крохотный по возрасту ещё человечек и так сил не имеет для открытия рта?
Удивительно, но импульс помог. Дитё сильно, уже полной грудью вздохнуло, да и дальше задышала ровно, нормально. И теперь с расширившимися от удивления глазами начала к себе прислушиваться.
Вот тут и появился дэм в своём защитном коробе. Тот раньше был белый, приятный взору, можно сказать, величественный. А сейчас стал грязный, чёрный от сажи, и местами с него свисало то, что можно было принять за разорванную, окровавленную плоть человека. Или внутренности. Навоевался, так сказать, напоследок, скорее всего, сойдясь с драйдами в рукопашной. Причём возникшее всего в нескольких метрах от стола чудовище ещё и рявкнуло громовым голосом:
– Ну как вы здесь? Познакомились?
Наверное, девочка так не боялась, когда колдуны расстреливали её из автомата. Она пискнула, вцепилась двумя руками в ладонь поощера, задрожала как осиновый лист на ветру и обмочилась. А Поль в следующий момент напрочь забыл, кто это перед ним и чем может грозить любая непочтительность в адрес дэма:
– Да ты с ума сошёл! – сам не замечая, что обращается на «ты». – Чего кричишь?! Посмотри, как она испугалась!
– Ничего с ней не случится, хе-хе! – веселился Бенджамин. Правда, сразу же открыл свой лицевой щиток забрала, являя миру вполне человеческое, пусть и вспотевшее лицо. – Подобные живчики от страха не загибаются!
После чего вообще решил покинуть своё многофункциональное убежище. Выходить из него оказалось проще, чем в него забираться. Основные части корпуса раскрылись, словно две половинки, и Надариэль ловко выскочил наружу, словно спрыгнул с полуметровой ступеньки. Испачканный в саже и крови боевой костюм ещё пару мгновений постоял, а потом завалился назад с немалым грохотом.
Не обращая на это внимание, оставшийся в нижнем специальном белье Бенджамин уж стоял над вырванной у колдунов пленницей и медленно водил над ней раскрытыми ладонями. Хотя говорил с азартом всё ещё о недавнем бое, оставаясь мысленно в ещё в ином мире:
– Здорово мы этим колдунишкам наподдали! Будут знать, уроды недоделанные, как на меня руку поднимать! А как тебе твой костюм?
