— Если бы вы знали, как я рада наконец-то познакомиться с другими членами нашей семьи, — призналась красавица.
Передав ребёнка мужу, она по очереди обняла старую графиню и всех трёх девушек, а потом повела гостей в дом. В вестибюле их встретили красивая брюнетка, чей возраст Долли определила как «за тридцать», и юная девушка, скорее всего, ровесница Лизы.
— Это — мои самые близкие друзья, — сообщила Катя, — мадемуазель Луиза де Гримон и её племянница герцогиня Генриетта.
Передав родных заботам жены, Алексей распрощался и поспешил на службу, а Катя и Луиза повели гостей в их комнаты. Девушкам выделили три соседние спальни в левом крыле второго этажа, а старой графине — апартаменты в правом. Долли с интересом оглядела свою комнату. Сначала ей показалось, что английский стиль очень уж сух и невзрачен, но, присмотревшись, княжна оценила неброское изящество пастельной обивки, тонкость цветочных рисунков и вышивку гладью по шелку. Всё выглядело очень достойно и при этом мило.
Долли задумалась. Если в Англии так обставляют комнаты, как же здесь одеваются? Княжна уже заметила, что Катя, Луиза и Генриетта носили изысканные шёлковые платья с тонкой вышивкой. Похоже, наряды из ратмановской девичьей здесь сочтут неказистыми. Впрочем, Долли и не собиралась выезжать, а дома вполне можно было обойтись тем, что есть. Княжна окинула взглядом своё любимое светло-зелёное платье и, представив, что о нём подумали милые француженки, расхохоталась. Скорее всего, дамы де Гримон решили, что русские гостьи — беспросветные деревенщины. Это показалось Долли таким забавным, что она захохотала в голос и от смеха повалилась на кровать.
— И что же здесь такого смешного? — спросила заглянувшая в комнату Катя. — Ты так весело хохочешь.
— Я решила, что Луиза и Генриетта посчитали нас деревенщинами, — произнеся последнее слово, княжна вновь зашлась смехом, — деревенщинами в лаптях.
— Почему в лаптях?
— Ну, не знаю, — призналась Долли. Она вскочила и, свесив руки, вперевалку, как медведь, прошлась по комнате, — просто русские деревенщины в лаптях.
Обе уже хохотали до слез. Первой опомнилась Катя.
— Ладно, не смеши меня больше! Луиза, Генриетта и я — мы все одеты в платья из нашей мастерской, если захотите, мы и вам сошьём любые наряды — это станет моим подарком.
— Как, ваша мастерская? — удивилась Долли. — Вы что, её купили?
— Нет, мы её построили, — с гордостью сообщила Катя. — Я встретила Генриетту и Луизу два года назад, они — сестра и дочь казнённого якобинцами французского герцога. Луиза очень хорошо шьёт и рисует, и первые платья она не только придумала, но и сшила сама. У неё была мечта — создавать красивые наряды и продавать их. Я дала денег, и мы купили здание заброшенной фабрики, из которой сделали модную мастерскую и жилой дом для работниц. Луиза сама наняла французских швей-эмигранток. Так начала работу наша мастерская. А потом в дело вошла твоя тёзка — Долли, жена российского посланника в Лондоне графиня Ливен. Она-то и придумала план, как ввести эти платья в моду и как их успешно продавать. Так что теперь нас в деле трое: я, Луиза и Долли. Помогает нам мой поверенный Штерн, он возит сюда ткани и отправляет готовые платья на континент.
Долли взирала на невестку с восторгом.
— Даже не верится, какие вы молодцы! Я тоже мечтаю о любимом деле: хочу разводить лошадей. Но когда я только заикаюсь об этом, все считают, что слышат весёлую шутку.
— Ну мы-то тебя понимаем! Впрочем, если хочешь разводить лошадей — ты приехала туда, куда нужно: в Англии — лучшие верховые.
— Я знаю. Моего любимого коня Лиса папа выписал именно отсюда, — призналась Долли. — Знаешь, я решила пересидеть здесь два с половиной года: дождаться, пока мне исполнится двадцать один. Тогда я получу наследство от мамы и бабушки и смогу сама распоряжаться своей судьбой. Ты разрешишь мне у тебя остаться?
— Понятно, ты не хочешь выходить замуж, — догадалась Катя. — Боишься, что муж будет стеснять твою свободу?
— Да, замуж я уж точно не выйду.
— Что за блажь? — изумилась Катя.
Говорить или нет? Долли стыдилась прошлого, но с Катей всё казалось таким простым, а мерзкая тайна была так тягостна, что княжна решилась:
— Ты не знаешь о том, что случилось со мной и Дашей Морозовой, но, если согласна слушать, я всё тебе расскажу.
Долли вздохнула и начала свой рассказ со встречи у водопада в Ратманове и закончила отъездом из Москвы.
— Теперь ты понимаешь, как я виновата — привечала насильника и убийцу. Я ничего не понимаю в мужчинах, поэтому и хочу жить без них, а в Англии тётя и Алекс не смогут подсовывать мне «подходящих женихов». Все-таки кони лучше, чем люди, это — и удовольствие, и труд.
— Ну я надеюсь, ты ещё передумаешь. — Катя смотрела на золовку с сочувствием. — Пожалуйста, хотя бы не зарекайся…
Долли предпочла сменить тему разговора, поэтому спросила:
— А можно, чтобы платья сшили и Даше Морозовой?
— Я с самого начала рассчитывала и на неё, — ответила Катя. — Пойдём к Луизе, пусть снимет с вас мерки и, может, сразу что-нибудь предложит из готовых нарядов.
