Игры теней полностью

–– О чём ты думала, блять? – кричит Гарри.

Его крик вызывает дрожь по всему телу, заставляя отступить назад. Гарри никогда не был настолько зол на меня. Каждое его слово разрывает моё сердце на куски.

–– Ты переходишь границу, – Нико хватает брата за руку. – И перестань кричать на неё, – рычит он.

Нет места тому, чтобы они портили отношения. Два важнейших мужчины в моей жизни готовы достать пистолеты и пристрелить друг друга. Я не переживу потерю каждого их них. Гарри может дальше ненавидеть меня, но без пулевых ранений и проживая свою жизнь в Чикаго дальше.

–– Тебе лучше начать говорить прямо сейчас, Аспен! Не заставляй делать меня то, о чём я пожалею, – более спокойным голосом требует брат.

Делая глубокий вдох, я начинаю говорить:

–– Я нашла нашу маму, Гарри, – от этих слов, горло сжимает так, будто на меня повесили гирю. – Мне не известно, как она выжила и как оказалась на Сицилии, но она здесь. Жива… – слеза скатывается по моей щеке, и я быстро смахиваю её. – Я не смогу справиться в этом деле без тебя, – я делаю несколько шагов к брату и замираю. – Она такая красивая, Гарри. Прям как на моих рисунках, – всхлип вырывается из моего горла, и я падаю в объятия человека, который заменил мне родителей.

Мы стоим молча, проживая этот момент. Внутри всё содрогается, когда надежда на положительный исход истории согревает меня.

–– Прости, персик, – шепчет он в мои волосы. – Я так чертовски зол на тебя. Ты должна была сказать мне, – сильные руки обхватывают мой затылок и прижимают к себе сильнее.

На место сильной девушки, которая всегда добивается того, чего хочет, приходит маленький ребёнок. У которого отняли право получить истинную материнскую любовь. Слёзы начинают душить меня сильнее с каждым вздохом. Мне приходится изо всех сил схватиться за брата, чтобы не свалиться на деревянный пол.

–– О, я рад, что он не сломал твою милую шейку, – весёлый голос Лукаса заполняет пространство и мне хочется ударить его прямо сейчас. – Раз все в сборе, мы можем начать.

Лукас ставит ноутбук на деревянную поверхность стола и поворачивает экраном к нам. Перед нами открывается вся известная нам информация, которую мы смогли найти по разным источникам. Я чувствую, как грудь Гарри замирает, когда на экране появляется смеющаяся, но постаревшая мама. Он помнит её ещё совсем молодой. Его глаза не отрываются, а руки сильнее прижимают меня к себе.

–– Мы сможем пройти через это вместе, – я начинаю подбадривать его, как всегда, это делал он.

–– Итак, что нам известно, – начинает Лукас. – Эбигейл сейчас находится в доме этого ублюдка и живёт с ним счастливую жизнь. Я вчера навестил психотерапевта вашей матери, и вот что нашёл, – Лукас бросает папку на стол. – После того, как её привезли на Сицилию, она ничего не помнила о своей прошлой жизни. Ещё чёртов мудак пичкал её таблетками и применял гипноз в начале терапии, чтобы привязать её к себе. У него это получилось, – он показывает нам видео, где мама с огромной любовью смотрит на мужчину, который убил нашего отца. Жажда мести пробегает по венам, заставляя меня скрипеть зубами.

–– Откуда у тебя это? – напряжённо спрашивает Гарри.

–– Мне пришлось с Марко сломать несколько костей доктору, но мы оставили его в живых до дальнейших распоряжений. Его пропажа будет слишком подозрительна, – подмечает он.

–– Насколько глубокая амнезия? – тихо спрашивает за моей спиной Нико.

–– Я не уточнял, когда держал его над ямой с собаками, – вскрикивает Лукас. – Но он клялся, что может всё исправить.

Я одновременно испытываю огорчение и надежду. И лучше этому психотерапевту сделать то, что он обещал. Иначе мы пройдём курс хирургии по снятии кожи живьём, ему это явно не понравится.

–– Подставьте к нему наблюдение, чтобы этот кусок дерьма не сбежал из страны. Передайте, пускай доживает свою жалкую жизнь, я убью его в любом случае, – шипит Гарри.

–– Мы убьём его вместе, – я смотрю на брата.

–– Можешь не сомневаться в этом.

По кабинету разносится звук моего телефона, и я нервно вздрагиваю в руках брата. Лукас подхватывает звенящую штуку, показывая нам дисплей. Джованни Муссолини. Гарри дёргается вперёд и почти хватает телефон, но я держу его на месте.

–– Он не должен подозревать, – я отталкиваю брата как можно дальше и беру телефон в руку.

–– Поставь на громкую, – просит Нико, подходя ко мне.

Я так и делаю, отвечая на звонок.

–– Добрый день, синьор Муссолини. Чем могу быть полезна? – как можно притворнее щебечу я, сжимая руки в кулаки.

–– Добрый день. Не могли бы вы подъехать для утверждения последних правок, синьора Лунно? – спрашивает он.

Я похороню твои останки в фундаменте этого дерьмового здания.

–– Кончено. Я буду у вас через час. По какому адресу мне подъехать? – интересуюсь я, бросая взгляд на брата.

–– Подъезжайте ко мне домой, – вызов обрывается, и я тяжело вздыхаю.

Не знаю, получится ли у меня встретиться с ним и сдержать себя в руках. Это так чертовски тяжело.