Друзья не заставили себя долго ждать и вскоре после звонка Димы ввалились к нему в квартиру практически одновременно.
Спустя какое-то время Шмелёв со свойственным ему сарказмом заметил:
– А чего сегодня все холостые что ль? Тогда может я это… Позову кого надо?
– Не, без меня, – сразу отреагировал Дима.
– А чего, Настя должна подойти?
– Нет.
Никита перевёл взгляд на Ваню:
– Перец, ты сегодня тоже один?
– Я? Да, – кивнул тот. – Аньку Земцева куда-то потащила.
– Ну так что, я звоню? – Шмелёв уже достал телефон.
– Не, – мотнул головой Ваня, – и без меня тоже.
– О-о-о, – печально протянул Стас, – наши ряды редеют. Сом, а ты как?
Даня посмотрел поочерёдно на Стаса и на Никиту и также молча отрицательно покачал головой.
– Ладно, – уныло ответил Шмелёв и убрал телефон, – поддержим чисто мужскую компанию.
Через пять минут Ване срочно захотелось покурить. Не мог он долго обходиться без сигареты. Зависимость – штука сложная. Парень встал и вышел в коридор.
– Вань, подожди, – окликнул его Дима, – тоже пойду, выйду.
Достав пачку сигарет и зажигалку из кармана куртки, Перцев уже хотел выйти в подъезд вслед за другом, но тут услышал звонок мобильного. Кинув взгляд на аппарат, Ваня довольно улыбнулся, ему звонила Анечка.
Выйдя и закрыв за собой дверь квартиры, он поднял трубку:
– Да.
– Вань, я тебя не отвлекаю? – донёсся до него голос любимой девушки.
– Нет, малыш, всё нормально. Ты уже дома?
– Да, – недовольно выдала та. – С Ликой лучше не ходить никуда. Представляешь, пришлось её, чуть ли не оттаскивать от какого-то парня. Такого позора натерпелась, а ей хоть бы что.
Иван засмеялся в голос, представив перед собой эту картину:
– Ну, я же тебе говорил, что со мной было бы лучше.
Аня вздохнула и промолчала.
– Ладно, – снова произнёс Ваня, – я скоро освобожусь, зайду к тебе.
– Хорошо, буду ждать.
– Ну всё, договорились.
Попрощавшись с девушкой, Перцев сунул телефон в карман и посмотрел на Диму. Тот стоял, словно в какой-то прострации, будто находился не здесь, а в другом месте. Нет, он прекрасно слышал весь разговор своего друга по телефону, но именно этот разговор и был той причиной, по которой он сейчас снова вспомнил о Насте.
Фомин не знал, стоит ли рассказывать хоть кому-нибудь о том, что сделала его девушка. Сначала он категорично думал, что ни в коем случае никогда никому не расскажет, а сейчас понял, что его настолько угнетает держать в себе всё это, что хочется кому-нибудь высказаться, выговориться, посоветоваться, в конце концов. Может тогда ему станет чуть полегче. Но кому всё это можно рассказать? Родителям? Этот вариант сразу отпадает. Дима был уверен, что они не поймут, и только добавят информации для размышления. Остаётся только вариант – друзьям. Но как сказать такое своим друзьям? Фомин всё-таки не девчонка какая-нибудь, которая будет сплетничать со своими подругами о таких вещах. Да и не было у него желания трещать об этом на каждом углу. К тому же он понимал, что всем четверым друзьям говорить о Настином аборте не стоит, тем более Стасу и Никите, которые его уж точно не поймут, разный у них склад ума.
Парень посмотрел на Ваню и молча протянул ему зажигалку. В эту секунду у него промелькнула мысль – может быть, рассказать всё ему? Вот прямо здесь и сейчас. Можно, конечно, и Дане, но рядом-то сейчас стоит именно Иван, да и знает он его дольше, чем Сомова.
– Фом, всё нормально? – окликнул друга Ваня.
– Да… – неуверенно ответил тот, будто на что-то решался.
– А чего загруженный такой? – Перцев выпустил колечко дыма и снова посмотрел на Диму.
– Слушай, Перец, а у тебя с Анькой как, всё серьёзно?
– Ну вроде того, – улыбнулся тот. – А что такое?
– Да так…
– Слушай, Дим, ты с Настей, что ль поссорился?
Фомин отвёл взгляд и посмотрел в пол.
– Она аборт сделала, – неожиданно спокойно выдал Дима.
Ваня до этого мирно стоявший напротив своего друга, резко поперхнулся и принялся кашлять.
– Чего? – с трудом спросил он.
– Аборт сделала, – также спокойно повторил его друг.
– Настя?!
– Ну а кто ещё?
Перцев округлил глаза и присвистнул, при этом выкинув окурок.
– А зачем? – это единственный вопрос, который смог сформулировать Иван, после такого заявления.
– Да я откуда знаю. Дура, блин!
– Подожди, а ты не знал что ль ничего?
– В том-то и дело, – вздохнул Дима. – Я даже про беременность не знал.
– Как это? А почему она не сказала?
– Самому интересно… Заявила, что думала, будто я её брошу.
– Ни хрена себе… А ты как узнал?
– Вчера пришёл к ней, случайно справку увидел, что она беременна. Ну спрашиваю: «Это я что, отцом скоро стану?». А она мне: «Нет, не станешь». Я давай из неё каждое слово чуть ли не силой вытягивать, ну она и призналась, что аборт сделала. Я там чуть всю кухню не разнёс, когда услышал.
– М-да… – протянул Ваня. – А если б она тебе сказала, что делал бы?
Фомин посмотрел на друга, как на сумасшедшего:
– На аборт бы точно не послал.
– Ну она испугалась, – Ваня неуверенным голосом принялся подбирать какие-то аргументы для друга. – Тоже можно понять. Хотя…
– Что понять-то? – перебил тот. – Что она ребёнка, хоть и не родившегося, убила? Она теперь детей не сможет иметь…
