— На приеме «Гром», — ответил я, подбежав я к машине и взяв лежащую на переднем сиденье радиостанцию «Кенвуд».
— «Гром», что молчите? Как там у вас? Как все прошло? — незнакомый голос в рации волнуется.
— «Сокол», не важно прошло. У нас трехсотых четыре, срочная эвакуация нужна. Как понял? Прием! — стараясь изменить голос, ответил я.
— Принял тебя, «Гром», подхожу через пять минут!
— Так, внимание! — крикнул я своим. — Двухсотых сбросить и закидать ветками, всем в укрытие, не маячить на открытом пространстве, двое, кроме меня, за пулеметы! Занять позиции для стрельбы по воздушным целям! — скомандовал я и полез за пулемет в кузове «Тундры». Обычный ПКМ, установленный на самодельной турели.
Четверо мажоров, точнее, бывших мажоров, с горящими глазами побежали ломать ветки с кустов, и быстро закидали ими сброшенные трупы. Один, с испачканным грязью лицом, самый молодой, подбежал ко мне и спросил.
— Товарищ майор, а можно я жилетку с этого сниму? — показал он мне на труп такого го же как молодого паренька.
— Давай, только быстро! — усмехнулся я.
— Товарищ майор, а что значит позиция для стрельбы по воздушным целям? — с энтузиастом обратился ко мне второй мажор. Ростом чуть повыше, но тоже худощавый, светловолосый. По моему, Марк его зовут.
— Это значит, или встать на колено, или лечь на землю, уперев приклад автомата в плечо, — охотно стал показывать я.
Приятно, что бывшие прожигатели жизни проявляют интерес к военному делу. Оно и понятно, сейчас без этого нам не выжить. Но парням, как я вижу, просто понравилось быть крутыми. Бегают, суетятся, солдатами себя почувствовали. Еще бы, первый бой, и такая крупная победа. Но мы на этой победе останавливаться не собираемся. Мы дальше пойдем.
— Самое главное, — продолжил я, — открываем огонь только по моей команде. И лучше всего в тот момент, когда вертушка зависнет. Когда вертолет в движении, в него труднее попасть.
Худощавый парнишка судорожно натягивал черную разгрузку на свои тощие плечи, когда послышался шум и появился вертолет. Ми — 8, тот же самый, который мы уже видали. Ну давай, подлетай ближе и зависни над нами!
— «Гром», где находишься? — ожила трофейная рация.
Я поднес ее поближе ко рту, что бы фонило, и невнятно ответил.
— Да тут я.
— Где тут? — еще немного недовольно возмущались в вертолете, и сделали кружок прямо над нами.
А на дороге стоит сгоревший БТР, рядом с ним обгоревшая инкассаторская машина, три расстрелянные «Тойоты», в кузове каждой за турелью с пулеметом наши бойцы. Все, больше никого не видно. Трупы убитых завалены ветками, «Тигр» вместе с Шилиным в кустах стоит, с воздуха не видно. А наши бойцы попрятались кто где.
Наконец, машина в небе снизилась до ста метров, и зависла точно над нами. Ну все, начинаем! Я совместил мушку, целик, и кабину вертолета, после чего нажал на спуск, одновременно громко крикнув.
— Огонь!
Пули из пулемета быстро понеслись в небо, лента поехала с право налево, и характерный звук громко разнесся по окрестностям. Меня поддержали два пулемета из стоящих рядом трофейных машин, и несколько автоматчиков из кустов. Лента в пулемете была полная, на сто патронов. Короб у меня лежал рядом, в нем еще одна лента. Скорострельность ПКМ шестьсот пятьдесят выстрелов в минуту. За десять секунд мы уже полностью опустошили боекомплет. Нужно было взять короб и примкнуть его, но вертолет на глазах начал терять высоту. Огромная транспортная машина сначала закрутилась на месте, а потом, рисуя большие круги, понеслась вниз и чуть в сторону. Нас накрыл гул работающих винтов, и вертолет стремительно рухнул в воду рядом с берегом. Видимо, пилот был убит, и управлять Ми восьмым было не кому. Большая волна, поднятая падением машины в реку, покатилась к берегу, а упавший вертолет, подержавшись пару секунд на плаву, быстро пошел ко дну.
Я бросил рукоять пулемета, и вытер пот рукой. Командовать о прекращении огня не было смысла. Все и так понятно. Вторая наша победа за сегодня. Вертолет был гражданский, это я еще вчера заметил, поэтому очередей с ПКМ пилотам хватило за глаза. Постепенно тишина сменилась криками и гулом. Радостные бойцы делились впечатлениями.
Шилин подогнал «Тигр», и прицепив трос к микроавтобусу, оттащили тот в сторону, освободив дорогу. Теперь нужно было разобрать трофеи и сваливать. Из трех «Тойот» на ходу была только одна. Та, что шла последней в колонне. Остальные были разбиты капитально, а ремонтировать их не было ни времени, ни инструментов и запчастей. Убитых закопали в песок, что бы не приманивать психов. Молодежь хотела снять с них форму и напялить на себя, но я запретил.
— Заедем к Сан Санычу и купим вам нормальную, нечего в черноте отсвечивать. Мало того, что она светится в лесу, да и в городе, так еще и пачкается. Да и жарко в ней, — пояснил я свой поступок.
