Неужели ей все это, в самом деле, приснилось? В том смысле, что это ведь должно было прийти ей в голову, чтобы найти отражение во сне. И ее состояние, и ее действия, и ее поведение. По спине побежали неприятные мурашки. Неужели это она так себя вела? Так развязно и бесцеремонно. Причем в этот раз она не могла оправдать себя действием вина и располагающей обстановкой в виде музыкантов, свечей и удивительной шелковой комнаты. И неважно, что это было во сне. Она же сказала ему такие слова! Да как у нее рот открылся, чтобы их пропустить?!
Облегчение после проведенной работы по укреплению почвы под ногами сейчас показало оборотную сторону и вывело на первый план всю откровенность родившихся в сознании событий.
Под ногами вновь раздалось виноватое поскуливание. Изабелла вздрогнула и обнаружила в своих пальцах зажатый клок шерсти.
– Прости–прости, – во второй раз судорожно зашептала она, понимая, что, если бы все то, что она пережила во сне, произошло по–настоящему, она бы больше никогда не посмела выйти за порог собственной спальни и так и провела бы в ней остаток жизни. – Я случайно, не сердись.
Слава Богу, что это только сон! И, слава Богу, Керолайн вытащила ее из него! Потому что, проспи она еще пару часов с таким же настроем, то сразу по окончании ночного отдыха ей впору было бы собирать вещи в монастырь…
– Значит, ты предпочитаешь общение с животными, а не со мной? – вдруг раздался сдавленный голос со стороны двери. Девушка резко подскочила на месте и от неожиданности отпрыгнула к стене. – Сбежать через окно хочешь от меня, да? Я не такой интересный собеседник, как они?
– Кери… – простонала Изабелла.
– Что, я тут лишняя? – дрожащими губами пролепетала фрейлина.
Ну что ей ответить? Если сказать "нет", то за этим сразу последует логичный вопрос, зачем же тогда она каждый раз уходит в конюшню. А сказать правду она не может. Ведь если она признается, что здесь, вместе с Торнадо, Тито и Арабикой, она чувствует себя ближе к их хозяину, потому что они являются неотъемлемой частью его жизни, тогда подруга сживет ее со света многозначительными вздохами за семейным столом и "только им двоим понятными" движениями бровей, которые уже безошибочно научились различать все обитатели двух гасиенд.
– Им ты, выходит, больше доверяешь, – безостановочно шмыгала носом Керолайн. – Рассказываешь все.
– Кери, мы сидим тут молча, – попыталась успокоить подругу Изабелла. – Я ничего им не рассказываю.
– Зачем тогда убегать сюда каждую свободную минуту?
– Ну… просто здесь тихо и спокойно.
– А со мной, значит, шумно и волнительно?! – взвизгнула фрейлина и, резко развернувшись, решительно направилась к выходу.
Ох, ну почему именно на сегодня выпала та фаза луны, которая делала Керолайн такой взвинченной и чувствительной?
– Просто я очень скучаю! – в безысходности выкрикнула Изабелла в сторону закрывающейся двери.
Отчаянные стенания и упреки всему сущему на земле с той стороны стены на мгновение стихли, и в щели между двух деревянных створов появился маленький нос и часть глаза.
– Тебе веселья не хватает, хочешь сказать?
– Я не в этом смысле.
– А в каком?
Изабелла даже сквозь дверь увидела, как Кери приподнялась на кончики пальцев и вцепилась руками в юбку платья.
– Ты прекрасно знаешь, в каком.
– Вообще не представляю.
– Ну, подумай, – процедила сквозь зубы Изабелла.
– Ни единого предположения.
Вот же вредная девчонка! Устроила светопреставление, вынудила сказать эти слова и теперь еще делает вид, что ничего не понимает. Да она же спит и видит, когда ее подруга сдастся и признается в своих переживаниях!
– Скучаю не от того, что мне скучно, – вздохнув, пояснила Изабелла, ибо другого выхода у нее не было.
– А почему? – приоткрыла левую половину двери Керолайн и полностью показалась на пороге.
– Это связано не с весельем, а с человеком.
– С каким? – затаила дыхание фрейлина, распахнув огромные блестящие глаза.
– С совершенно определенным.
– А как он выглядит?
Изабелла сжала кулачки:
– Высокий такой, хорошо сложенный, в темной одежде и с черными волосами.
– А, ты про него, – махнула ручкой Кери и нарочито скучающе посмотрела на потолок. – Так он сегодня на завтраке будет.
Изабелле показалось, что ее со всей силы ударили сзади по голове.
– Кто будет? – прошептала она.
– Высокий, хорошо сложенный, в темной одежде и с черными волосами.
– А когда он приехал?
– Вчера вообще–то. Ты еще в обморок грохнулась от восторга.
Нет, ну это уже переходит все границы!
– Да не по сеньору Энрике я скучаю, а по Зорро! – рявкнула Изабелла и тут же, услышав собственные слова, захлопнула рот.
Однако опоздала. Со стороны дверей раздался громоподобный топот: Керолайн, словно боевая лошадь, ринулась к своей закрывшей лицо руками и повалившейся на бок в стог сена принцессе.
"Негодная девчонка!" – мысленно застонала Изабелла.
Как же хитро она заманила опешившую жертву в ловушку и вытянула из нее столь желанное признание!
