"Он сделал бы точно так же," – как сумасшедшие, прыгали по голове неподдающиеся контролю мысли.
Зорро сделал бы точно так же. Задал бы вопрос не для получения разрешения на последующие действия, а для констатации факта, хоть и с вопросительной интонацией. А после этого, вне зависимости от ответа, тут же проявил бы запланированную инициативу. Изабелла повисла на невероятно крепкой руке и, с трудом переставляя подкашивающиеся ноги, проследовала в обеденный зал вместе со спутником.
– Сеньор Энрике! Изабелла! – заполнил помещение мелодичный голос, едва они появились в дверной проеме.
Мама…
В груди сразу появился столь необходимый для жизни воздух.
– Дорогая, как ты себя чувствуешь? Тебе удалось отдохнуть ночью? Мне кажется или ты несколько бледна? Сеньор Энрике, Вы не заметили ничего странного?
Все, что успела сделать Изабелла, это поспешно натянуть искусственную улыбку и незаметно сдавить плечо сеньора Монтеррея в слабой надежде, что он успеет понять ее посыл хотя бы на половине ответа и не произнесет фразу об очередной потере сознания, заменив ее чем-нибудь менее пугающим.
– Мы с сеньоритой только что встретились в холле, – не моргнув глазом, произнес он. – Я принес свои извинения за причиненное вчера волнение и, вероятно, этим напомнил ей о случившемся. Поэтому, – он повернул голову в сторону Изабеллы и слегка наклонил ее набок, – кажется, я обязан сделать все заново. – Молодой человек улыбнулся лишь уголками рта и поднес руку Изабеллы к губам, не отрывая взгляда от ее глаз. – Прошу простить меня за столь беспокойные сутки.
Девушка чувствовала, как ее колотит крупная дрожь, из-за которой она даже не услышала легкий смех сеньоры Камелии и последовавшее за ним приглашение к столу. Все тело сковал болезненный озноб, не позволяя отдалиться от гипнотизирующего ее объекта хоть на миллиметр. Он все делал как Зорро. Абсолютно все. Каждый вдох, каждый шаг, каждый едва уловимый жест. Он даже успел прочитать ее мысли и исключить из своего предложения именно те слова, которыми она не хотела волновать свою мать. Но это не
– Можно садиться! – пробился сквозь кружащийся вихрь заранее обреченных на провал предположений голос Керолайн.
Фрейлина, еще в конюшне почувствовав смену настроя подруги, дошла с ней до дома и испарилась в стороне кухни. Платье Изабеллы для выхода к столу она уже успела подготовить, к тому же оно было такого фасона, что ее принцесса могла облачиться в него самостоятельно, поэтому Кери с довольно чистой совестью осталась на первом этаже и занялась текущими кулинарными обязанностями. И, судя по всему, она, как всегда, все успела.
– Пирожки остывают, – послышался легкий нажим в ее голосе.
Опаздывать к столу в такие моменты было чревато надутыми губками и сложенными на груди тонкими руками с нетерпеливо постукивающими друг по другу изящными пальчиками. И Зорро об этом знал. Интересно, а сеньор Энрике…
– О, кажется, нам следует поторопиться, – тут же раздалась его заговорщическая интонация.
Глубокий вдох.
Это лишь совпадение. Не более. Любой на его месте сказал бы что-нибудь похожее. Простое совпадение.
Изабелла не поняла, как оказалась на своем месте за столом, которое традиционно находилось справа от сеньоры Линарес. Рядом села Керолайн, за ней Рикардо. Сеньор Монтеррей же оказался ровно напротив. Это девушка обнаружила случайно, подняв голову и посмотрев перед собой. После чего она в два раза быстрее наклонила ее обратно и попыталась сосредоточить взгляд на узорах серебряной вилки.
Нужно успокоиться и взять себя в руки.
Еще один глубокий вдох.
Пока все заняты утренними приветствиями и раскладыванием завтрака по тарелкам согласно рекомендациям Кери, можно собрать все имеющиеся факты и попытаться их проанализировать. К тому же сейчас все равно начнутся неотъемлемые беседы о ночном отдыхе, погоде, ближайших планах и настроении перед праздником.
Итак, что имелось в ее распоряжении? Изабелла сжала под столом и без того напряженные пальцы. Поднимать глаза ей было категорически нельзя.
Все моменты, связанные с сеньором Энрике, можно было разделить на три больших группы. Первая и самая очевидная – его внешность, то есть: рост, сложение тела, волосы, черты лица и прочие физиологические атрибуты. Может ли это быть совпадением? Вполне. Есть такое понятие, как типаж, в рамках которого в разных точках планеты могут существовать разные люди, никак не связанные друг с другом, но чрезвычайно похожие. Пример с Зорро и сеньором Энрике служил тому ярчайшим подтверждением.
Девушка немного расслабила шею и спину.
Вторая группа фактов – это поведение и реакция на окружающии мир. Сюда можно было отнести все, что сеньор Монтеррей говорил и делал.
Изабелла незаметно постучала пальцами по обратной стороне столешницы.
