А малыш Йи, когда заканчивалась официальная часть приёма во дворце, убегал в сад — лазать по деревьям, разговаривать с живущими в фонтанах пёстрыми карпами, повторять движения павлинов, чинно вышагивающих по дорожкам, ловить живущих под камнями ящериц, пересвистываться с иволгами…
Он не подходил к сторожевым котам. Не пытался вытаскивать карпов из воды. Ничем не швырял ни в садовых попугаев, ни в ручных иволг, и ни одна ящерица не отбросила хвост в его руках: зато это всё в полном объёме проделывал Лю, оба те раза, что ему случалось оказаться во дворцовом саду.
До пятой весны Йи добрался без каких-либо особых приключений.
— Мы могли ошибиться, — убеждал Учитель Звёздную Императрицу. — Все живущие в Поднебесной ошибаются, и мы могли.
Они наблюдали за малышом, к которому подошёл играть котёнок: одна из боевых кошек недавно принесла потомство, злое поветрие забрало жизни трёх из выводка, один, самый слабенький, пока ещё не решался отходить от матери, а второй, пятнистый меховой колобок, изучал окружающий мир с тем же упорным интересом, что и Йи.
Кто кого заметил первым, взрослые не знали, но, похоже, знакомство приносило обоюдное удовольствие.
Йи решил попробовать тоже ходить на четырёх лапах. Котёнок принял игру и радостно поскакал вдоль дорожки. Йи — за ним. Но его «задние лапы» делали куда более широкие шаги, чем «передние», уже через несколько шагов голова перевесила, и малыш покатился по дорожке кувырком. Именно так, как учили старших на боевых уроках, он всегда приходил за ними наблюдать. Наверняка повторял движения, как слова других диалектов! Котёнок тоже попробовал кувыркаться, и ему понравилось…
— Ваше Императорское Величество… посмотрите. Разве кошка позволила бы своему котёнку играть с Воплощённым Злом?
Сколько люди Циньана себя помнили, с ними рядом всегда жили эти пятнистые звери. Помогали в охоте, сторожили дома, охраняли детей. Им нужна была не дрессировка, а подробное объяснение, что нужно сделать или чего не надо делать.
— О Учитель! Воплощённое Зло несёт гибель мира людям, на котах это никак не отразится. Посмотрите, разве кошка позволила бы коснуться своего котёнка — человеку?
Йи с его пушистым товарищем между тем нашли новую забаву — кто кого успеет поймать лапкой за ладошку или ладошкой за лапку. Счастливый хохот и радостный писк разлетались по дворцовому саду. Временами звучало звонкое «ой!»: котёнок ещё не умел играть с людьми, втягивая когти.
Нервы кошки сдали первыми. Мягкими шагами она подошла к играющим, дождалась очередного «ой!» — и как следует вжала носом в песок своего отпрыска.
— Отпусти! — грозно запищал Йи. — Отпусти его!
Он бесстрашно вцепился в лапу сторожевой кошки, которая пока ещё была выше него ростом.
— Ффххх! — пятнистая красавица даже не попробовала скалить зубы.
Наверно, ей тоже было смешно.
Одной и той же лапой по очереди откатила своего детёныша в кусты и отвесила оплеуху человеческому, и тот, с размаху сев на траву, обиженно протянул к пушистой морде руки:
— Мы же просто играем!..
Ни один воспитанник Учителя не схватывал так на лету все премудрости — да в каком ни возьмись предмете! — как маленький Йи Дэй. И история ему давалась. И математика. И каллиграфия. И языки. И астрономия… куда только ни заносило малыша цепкое любопытство! Лишь музыкальные инструменты все, как один, уворачивались из старательных лапок — а вместо хотя бы простеньких пейзажей, которые удавались всем, без исключения, появлялись наборы бессвязных цветовых пятен. Всего-то музыка, всего-то рисование, наставники сожалели, но того, что у Йи получалось, всё равно было больше.
За пять лет все привыкли: он способен подолгу не двигаться и не мигать, очень мало ест, очень много пьёт, а при случае способен долго обходиться и без воды.
Учитель приходил к его постели едва ли не каждую ночь. Всё хотел спросить у спящего: кто ты, Йи Дэи? — и не решался.
Не решился и сейчас, уходя к Отшельнику, живущему на Крокодиловом Хребте: туда звало течение жизни.
Страшно было бы услышать потусторонне-сонное «я — Воплощённое Зло».
Да ведь оно, Зло, и не должно было спать вовсе, а поди ж ты. Малыш, хоть и меньше своих сверстников, но всё же спал. И сны видел, и взахлёб их рассказывал, если находились желающие послушать.
В его снах обретали жизнь услышанные от учителя Вейжа легенды: в них глубины озёр и далёких морей населяли Драконы, с гор спускались красавицы из общин Заклинателей, Мастера Оружия ковали проклятые клинки, лунные Паучихи плели кольчуги воинам…
— Общины Заклинателей? — задумался Вэйж, когда Учитель заговорил с ним об одном из последних снов малыша. — Да нет же, я им этого ещё не рассказывал. Он, наверное, книгу нашёл в библиотеке…
Ганлиань2, хранитель книг, развёл руками, когда Учитель спросил, брал ли Йи книги об истории войн с Заклинателями:
— У нас не Библиотека Столичных учительских палат! У нас всего одна такая книга, но я не выдаю её детям, тем более, малышам!
Помолчав перед рассветом над спящим подкидышем, Учитель отправился задавать вопрос Каменному Календарю Драконов.
