Учитель шёл пообщаться с младшими учениками, едва успел отмыть с лица сажу и привести себя в порядок после похода. Он удивился:
— Не могу понять, о чём вы… При чём тут Вэнлинг и её молодость? Алая Лента связывает всех, живущих в клане… вслушивается в слова Небесной Императрицы… поддерживает связь со Звёздной Императрицей… не переживайте так, может быть, вам побольше отдыхать, раз у вас хватает сил только на разговоры?..
Красавицы смутились. Поняли: Учитель упрекнул их в пустословии.
А он продолжил свой путь к яслям. Его там ждало Воплощённое Зло, ясноглазый Йи Дэй.
О, Печать на устах!.. Ни Учитель, ни сама Звёздная Императрица не имели теперь права ни даже словом предостеречь окружающих о том, что Гибель Мира смотрит на них внимательными умными глазами малыша Йи.
1
из Конфуция
2
из Конфуция
3
huǒrè de — огненная
4
Вэнлинг — очищенный нефрит
Раз в сезон Учитель выбирался в столицу.
Весной вывозил в Оружейную Палату становящихся юношами.
В начале лета показывал Императорский Дворец девушкам.
Осенью провожал выходящих из клана учёных мужей.
В начале зимы вёз малышей клана праздновать день детей: клан Нефритовой Богини единственный из четырёх сторожевых обладал этой привилегией.
Разумеется, с малышами отправлялись и их матери, а в столичных павильонах, специально построенных для приёма большого числа гостей, их ждали и отменно украшенные залы для развлечений, и обильная еда в обеденных залах, и удобные комнаты для отдыха.
Достигших семилетнего возраста прекращали называть малышами и малышками и переставали возить в Циньдар на праздник: мальчиков и девочек привлекали к организации дня детей на территории клана.
Эта зима, третья для Йи, стала уже десятой для Лю.
В прошлом осталась война с хэнгами: мудрецы знали, что, сколько бы гнёзд ни было уничтожено, где-то затаилось хотя бы одно, от которого служащие Потусторонней Конторы отвели взгляд людей, но всё равно этот зимний праздник обещал стать особенно светлым и чистым.
Будущим палачам поручили изготовить из яркой бумаги шары для украшения арок вокруг праздничной поляны, и пятеро мальчиков в возрасте от семи до двенадцати лет дружно взялись за дело. Трое малышей, пока их ещё не увезли в столицу, приходили смотреть. Йи, самый младший, а глядя на него и двое оставшихся, выпрашивали ножницы: нет ничего сложного в том, чтобы вырезать по намеченным линиям необходимые фигуры, а когда так ловко орудуют старшие, так и хочется попробовать самим. Ведь бумажных фрагментов нужно так много, пойдёт любая помощь.
Лю с радостью отдал свои ножницы Йи, а вместе с ними и толстую стопу листов:
— Вот молодец! На, дарю! Режь быстрее, и смотри мне, только попробуй что испортить!
Йи сцапал «подаренное» и уселся поближе к светильнику — начинало вечереть. Лю пристроился рядышком. Судя по суровой решимости в его глазах, он пытался повторить виденный в исполнении Йогоаи фокус: поджечь бумагу силой желания.
— Полудемонам огонь не подчиняется, — поднял взгляд от работы Йи.
— Ты-то почём знаешь? — почти испугался Лю.
Надо же! Этот мелкий червяк слазил к нему в мысли и озвучил их!
— Я слушал, что рассказывал учитель Вэйж1на последнем уроке, — вернувшись к вырезанию, ответил Йи.
— Что-то я ничего подобного не слышал, — процедил Лю.
— Ты же спал, — напомнил Йи Дэй, и не успел он договорить, как стопа пёстрых листов разлетелась по комнате: Лю Чу вцепился в стойку воротника маленького нахала, вздёргивая его в воздух.
Подумать только! Он ещё смеет обвинять лучшего ученика палача в том, что тот спит на уроках! Ну и пусть это правда. Ведь всем известно, на уроках Вэйжа спят все!
— Что ты делаешь?.. — Деминг2, старший из мальчиков, отложив ножницы, шагнул к Лю.
— Воспитываю этого сопливого! — встряхнул малыша полудемон, поднимая над полом ещё выше.
— Я уже выздоровел! — возмутился, дрыгая ногами, Йи Дэй. — Учитель сказал, что мне уже можно ехать в столицу!
— Отпусти его, — медленно проговорил Деминг.
Он, хоть и был самым старшим в комнате, сомневался, что сможет отнять у Лю его живую добычу.
Все остальные бросили вырезание, напряжённо следя за развитием событий.
— Он ещё не попросил у меня прощения за то, что оскорбил меня, — снова встряхнул малышом, как пыльной подушкой, Лю.
— Я сказал правду! — пискнул Йи.
— А я говорю, проси прощения!
— Отпусти его, — Деминг постарался вложить в голос всю убедительность, какая только у него была.
И, о чудо! Лю послушался: поднял малыша так высоко, как хватило сил, и разжал пальцы на воротнике.
Того, что Йи не захочет падать, а вцепится в его руку, он не ожидал. Потерял равновесие, попытался ухватиться за подошедшего слишком близко Деминга…
…когда на шум прибежал учитель Вейж, по полу катался клубок из учеников, окружённый роем порхающих заготовок для шаров.
По пять плетей в наказание не получили только малыши.
