Действительно, с чего? Джагхед задумчиво почесал кончик носа. Чрезмерная забота? Скорее всего, потому что поведение миссис Купер пугало не только его, но и саму Бетти, этим утром нервничавшую явно больше него.
Женщина, похоже, осознала свой промах. Она умолкла на минуту, подошла к трюмо, поправила волосы перед зеркалом, надеясь выиграть время, хотя для того, чтобы выглядеть действительно хорошо, ей требовались расчёска, плойка и немного лака для укладки, а всё это можно было найти только в ванной.
Джагхед напрягся, когда тишину нарушил тонкий скрип открываемых дверец шкафа. Видимо, миссис Купер всё же решила проверить правдивость слов дочери. Бетти и сама напряглась, но её нервозность проявилась только в беспокойном наматывании на палец пряди волос. В конце концов, она проснулась от крика матери, от которой можно было ожидать всего, а потом та совершенно бесцеремонно ворвалась в её комнату. Бетти было шестнадцать, и она могла претендовать на толику личного пространства.
Для пущей правдоподобности ей стоило спросить: «Я когда-нибудь давала тебе повод усомниться в моих словах?» — но в свете последних событий этот вопрос был бы настолько риторическим, что девушка не решилась.
— Конечно, с чего я взяла это?.. — миссис Купер, растерянная и расстроенная, непонимающе морща и потирая в смущении лоб, подошла к окну и глубоко вдохнула. — Нервы, нервы… Прости меня, милая.
— Что ты, я всё понимаю, — ощущая уколы совести, Бетти приблизилась к матери и крепко обняла её. Этими объятиями девушка пыталась сказать что-то вроде: «И ты, и ты тоже прости меня!» — но она могла оправдать себя так же легко, как и устыдить. Вечно в ней борются невозможно правильная и что-то таящая Бетти.
Бдительность миссис Купер была обманута, и Джагхед преспокойно спустился по лестнице, которую родители девушки не поспешили убрать.
========== Глава 4 ==========
Вероника воодушевлённо щебетала о платье, которое наденет на дискотеку в местном ночном клубе, куда пойдёт исключительно от скуки и за отсутствием других развлечений. В Ривердейле, помимо этого, были скудная библиотека (всё необходимое Лодж предпочитала, не тратя понапрасну время и силы, искать в Интернете) и кафе-закусочная, где Вероника обедала и ужинала с мамой, Бетти или Арчи. Вот и сейчас Купер сидела за столом напротив подруги и время от времени кивала, одаривая Веронику дежурной вежливой улыбкой, дескать, да, прекрасно, я тебя слушаю.
— Бетс, мне кажется, я говорю всё это твоему коктейлю, — Лодж привстала и, перегнувшись через стол, мягко взяла Бетти за руку, которой та последние минут десять рассеянно мешала напиток. Купер подняла на Веронику озадаченный взгляд, а после, смутившись, зарделась, потупилась.
— Ты говоришь о ночном клубе, Ви. Это не по моей части, — попыталась оправдаться Бетти и пожала плечами.
— Нет-нет, дело в чём-то другом, — довольная тем, что наконец завладела вниманием подруги, Вероника встала, обошла стол и заняла место рядом с Купер. Бетти посмотрела на неё с удивлением и опасением. Вероника приглушённо рассмеялась, оглянулась, на случай, если кто-нибудь из знакомых посетит заведение, и толкнула Бетти плечом, подначивая открыть секрет. — Что за тайну ты скрываешь, Бетс?
Бетти, делавшая в это время глоток молочного коктейля, едва не поперхнулась. Кашлянув, она поморщилась, прижала крепко стиснутый кулак к груди и с ужасом ощутила, как колотится сердце. Казалось, Вероника должна была слышать каждый его удар. Но Лодж вела себя совершенно непринуждённо. Она постоянно отводила взгляд в сторону, улыбалась как будто своим мыслям, а потом, думая, что достаточно усыпила бдительность подруги, возвращала к ней свой взгляд и на её встревоженном лице находила очередное доказательство своей теории.
— Последний раз ты вздыхала так из-за Арчи, — Вероника прикусила губу. — Он что, решился-таки сделать первый шаг?
— Что? Причём здесь Арчи? И я не вздыхаю… — чтобы посмотреть в глаза в неверии поднявшей бровь подруге, Бетти пришлось задержать дыхание, иначе бы она, опровергая свои же собственные слова, глубоко и безнадёжно вздохнула.
— Не пытайся обмануть меня, я светская львица со стажем, знаю, как ведут себя девушки, которым на днях признался в любви горячо любимый ими парень.
«Парень и правда горячо любимый, — пронеслось в голове у Бетти. — Только он не Арчи, и это всё усложняет».
Всё было очень сложно, потому что Бетти не знала, как признаться маме, что начала отношения с Джагхедом. Миссис Купер, временами смягчаясь по отношению к Арчи, была настроена категорически против Джонса. И сказать своему парню об этом девушка не могла: она боялась задеть за живое такого творческого человека, как Джагхед, обладавшего достаточно тонкой душевной организацией. Конечно, он тщательно скрывал свою ранимость, но Бетти открылся, и она радовалась этому, потому что это могло значить лишь одно: он доверял своей девушке, он и правда любил её, а быть любимой кем-то — сказочная удача и невероятное счастье.
