Он отобрал у меня телефон, отключил связь и… дальше всё, как в тумане. Я не успела снова вдохнуть в полные лёгкие, как меня вдруг оторвало от земли, и я оказалась на руках Найта, подобно невесомой пушинке или ничего не весящей кукле.
— Скажу прямо, Алана, но у тебя только два пути. Либо ты будешь жить в этом доме, передвигаясь и мысля самостоятельно, либо… я отключу твою свободу выбора и воли, превратив в безмозглую игрушку до конца твоих здесь дней. Но отсюда ты уже не уйдёшь. Так что, решай.
— Решать?! — он точно издевается! Разве подобные вещи можно говорить всерьёз, предлагая по существу выбор без выбора? — А до этого момента вы ещё не решили за меня, что я здесь буду делать, и что вы будете делать со мной?
Я непроизвольно упёрлась в мощную грудь Найта дрожащими ладонями, окончательно оцепенев в его руках, как и под убийственным напором его нечеловеческого потенциала с физической близостью. Казалось, он запросто мог подмять под себя любого даже без применения силы. Просто нависнув над тобой и забравшись за считанные мгновение в твою голову, чтобы установить там свои собственные порядки. Про его абсолютно безэмоциональное лицо можно и не говорить. О его бездушный взгляд можно было порезаться едва не буквально, по крайней мере, сознанием или гулко бьющимся сердцем.
— Но ты же не решала, когда рождалась, кто будут твои родители и куда потом пойдёшь учиться. Так в чём разница сейчас, когда кто-то решил, где тебе жить и как жить дальше? И, если говорить начистоту, лично я был за то, чтобы предоставить тебе личный выбор касательно многих вещей. В том числе и того, чтобы самой, добровольно прийти в нашу постель. Но, видимо, я воспринял твою покладистость и послушание в интернате, как за неотъемлемую часть твоего истинного характера.
Я перестала слышать, о чём говорил один из моих неземных владельцев сразу после слов о моём добровольном приходе в ИХ постель. И даже не сразу заметила и поняла, куда меня всё это время несли, а потом уложили обратно на кровать, вновь нависнув надо мной совершенным образом черноглазого красавца.
— В-вы… вы это серьёзно? Прийти в вашу постель?.. Ч-что вы… собираетесь со мной делать?! Зачем я вам на самом деле нужна?! — я уже была готова не только от него отбиваться своими хилыми кулачками, но и пустить в ход прочие части тела — ноги, ногти, зубы…
— Тш-ш, Алана. Только давай без истерик. Ты ведь у нас хорошая девочка, умница, отличница и даже девственница.
— В-вы… вы псих! Ненормальный! Пожалуйста! Отпустите меня…
— Ну что за глупости? Откуда в тебе столько предрассудков касательного нас и того, что мы будем с тобой делать?
— Предрассудков? — я чуть было не закричала, в конец охреневая от наглости данного уникума.
Но Найт нагнулся надо мной ещё ниже и… у меня снова спёрло дыхание от буквально парализующей близости его лица и глаз. От того, как он на меня воздействовал, причём пока ещё без применения своих ментальных штучек.
— Всё. Успокаивайся и хватит ждать от меня чего-то ужасное. Я не буду тебя расчленять или являться перед тобой в образе рогатого чудовища. И уж тем более делать с тобой что-то из того, что тебе может не понравиться. Твои страхи не только неуместны, но и не имеют под собой никакой обоснованной почвы.
— Но вы же… вы!.. Я не хочу, чтобы вы вообще что-то со мной делали! Неужели непонятно?! Я вас не знаю! Вы меня, по сути выкрали! Заперли здесь! Грозите, что я никогда уже отсюда не выйду…
Он так и не дал мне договорить, что-то сделав со мной или с моим сознанием. Но в какой-то момент мне почудилось, будто его радужка тёмно-карих, почти чёрных, глаз дрогнула и даже вроде как «поплыла» вокруг суженных зрачков. Правда, длилось это «наваждение» совсем недолго. Поскольку я перестала реагировать на происходящее и увиденное едва ли не сразу, будто что-то во мне переключили, полностью загасив или отключив всю мою недавнюю панику.
Я только и успела, как от изумления приоткрыть губы, чтобы ахнуть или ойкнуть, но лишь ощутила резкую слабость во всём теле со сладким головокружением. Будто только что пережила сумасшедший аттракцион и теперь была не в состояния ни пошевелиться, ни понять где что находится. Просто хотелось лежать и… Сложно сказать, что именно мне ещё хотелось «делать», но ощущения воистину были непередаваемые. Не говоря уже про полное исчезновения каких-либо страхов в моей голове.
— Ещё раз повторяю, Алана. Мы не будем делать с тобой ничего ужасного. Если ты не веришь этому на словах, тогда придётся продемонстрировать это в режиме реального времени. — Найт проговорил мне всё это не только в губы, его голос звучал прямо в моей голове и, похоже, в каждом онемевшем нерве, вибрируя дополнительным воздействием на моё сознание и… эрогенные зоны.