– Обещай, что будешь рядом, – сдавленно попросил Итон и тяжело выдохнул, а затем снова сделал глубокий вдох. – Обещай, Аня.
– Я с тобой. Всегда.
– Всегда… – повторил он, борясь с лютой тревогой, неожиданно набросившейся на него именно в тот момент, когда Аня с детьми остались у него дома.
Такое уже бывало и не раз, и Итон радовался лишь одному – что никто не видит его в моменты приступов. Казалось, что легкие и сердце сдавливала невидимая рука, мешая дышать, сбивая частоту пульса. То замедляла его, то ускоряла, вызывая головокружение и тупую боль в затылке.
Теплые ладони Ани и ее бархатная кожа отвлекали его от ощущения этой безжалостной руки, сминавшей его органы. Сладковатый, но в то же время свежий аромат ее кожи наполнил ноздри, раскрывая легкие, наполняя его жизнью. В какой-то момент он вдруг осознал, что оказался в самом центре собственной несбыточной мечты. Аня в его объятиях, гладит его, целует мягкими губами в плечо, щекочет лицо шелковыми волосами. За окном ночь, и она в его постели. В его руках.
Он бы хотел провести так всю жизнь.
Сколько прошло времени, Итон не знал. Его перестало трясти, а дыхание стало ровнее. В какой-то момент он понял, что Аня уснула, прижавшись к его телу. Неудивительно. Наверняка ее выматывала ночная работа, капризы детей и постоянный уход за ними. Теперь и он подкинул ей проблем.
Внезапно Итона пронзила мысль о том, что на нем нет футболки, а футболка Энн слишком тонкая, и теперь он остро чувствовал мягкость ее груди и едва заметное трение ее сосков о его кожу, когда она делала размеренные вдохи.
Показалось, что каждая мышца в его теле напряглась, а в самом центре груди вдруг стало щекотно. Пальцы его слегка подрагивали, когда он провел ими по волосам Энн, невольно прижимаясь к ней теснее. Зажмурившись так сильно, что перед глазами поплыли белые круги, Итон пытался совладать с собой, пытался унять вновь разогнавшееся сердце, но сознание будто потеряло власть над инстинктами. До боли сжав пальцы в кулаки, он еще некоторое время бесстыдно наслаждался ощущением того, какими твердыми стали ее соски от соприкосновения их тел, а затем заставил себя неслышно покинуть спальню.
В комнате мальчиков было тихо, но Итон направлялся не к ним, а в ванную. Включив воду в душе, он быстро снял штаны вместе с боксерами и встал под прохладные струи. Легче не становилось. Наоборот. Мышцы пресса скрутило, стоило ему вспомнить Энн в своей постели. Итон, не в силах больше сопротивляться, ткнулся лбом в прохладный кафель, опустил ладонь на давно ставший твердым член, провел по стволу всего пару раз и задрожал от взрыва остро-сладкого удовольствия, граничившего с болью. С его губ несколько раз сорвалось любимое имя, и он опустился на колени, упираясь руками в пол, прерывисто дыша и слыша взволнованный стук собственного сердца.
Прохладные струи падали на его спину, на волосы, смывали аромат кожи Энн. Выдохнув, Итон поднялся, выключил воду и тщательно вытерся полотенцем. Одевшись, он вернулся в свою спальню и вновь занял место рядом с ней, прижимаясь к ее теплому телу. После душа стало чуть легче. Мышцы уже не сводило до звезд в глазах, и он просто наслаждался близостью любимой девушки.
Аня проснулась первой. Робкие рассветные лучи заглядывали в окно, позволяя ей рассматривать Итона. Красивое лицо расслаблено, рельефные руки вытянуты вдоль тела, а грудная клетка мерно поднимается и опадает. Аня отметила, что за последний год он несколько похудел, словно стал более поджарым. Остин, кажется, как-то упоминал, что Итон стал бегать чуть ли не каждый день, да к тому же очень мало ел.
Она опустила взгляд на его грудь и некоторое время разглядывала четыре родинки, образующие ромб. Ей вдруг стало не по себе. Вчера она гладила его волосы, целовала в плечо… Вдруг Итон, чувствуя из-за этого неловкость, совсем закроется и станет избегать ее? Она знала, что он не любил объятия, а она зашла еще дальше, чем просто прикосновения. Но дело было в том, что примерно так же она успокаивала Лео и Марка, если они сильно расстраивались из-за чего-нибудь. Она знала лишь такой способ вырвать человека из лап паники, потому его и применила. Но как на это отреагирует Итон?
Тихонько выскользнув из постели, она покинула спальню и направилась к комнате мальчишек. Они еще мирно посапывали, раскинувшись на большой кровати, и Аня решила воспользоваться свободным временем, чтобы привести себя в порядок и переодеться. Стоило ей выйти из ванной, как из комнаты мальчиков донеслись приглушенные голоса, и Аня поспешила к ним, призывая не шуметь, чтобы не разбудить Итона.
– Ш-ш, – прошипел Лео и округлил глаза, глядя на младшего брата. – Ни звука!
Марк согласно кивнул, но не удержался и хихикнул.
Аня взяла ребят за руки, и они втроем направились в гостиную.
Она твердо решила, что не станет заговаривать с Итоном о том, что случилось вчера. Возможно, тогда он не будет чувствовать себя неловко в ее компании. Ей очень хотелось на это надеться.
– Доброе утро, – улыбнулась Аня, когда Итон спустился вниз.
Мальчишки уже вовсю носились по первому этажу, требовали завтрак и мультики. Итон обычно всегда просыпался раньше, но, должно быть, вчерашний приступ и наплыв эмоций сыграли с ним злую шутку. Итон сегодня встал позже обычного.
– Доброе утро, – отозвался он, накинув на черную майку клетчатую рубашку.
До этого он смотрел строго на ноги Энн, но тут вдруг осмелился поднять на нее взгляд. В ее глазах он разглядел тепло и нежность. Но она не коснулась его руки, хотя они стояли очень близко, и ни одном жестом не выдала своих мыслей о том, что произошло между ними этой ночью.
– Мы готовим омлет и овощной салат, – сказала Аня, отвернувшись к плите. – Ты не против такого завтрака?
– Не против. Спасибо.
На кухню ворвался Марк и повис на ноге Итона. Аня обернулась и засмеялась, с любовью глядя на сына.
– Марк, не доставай Итона.
– Все в порядке, – тихо произнес он и подхватил мальчугана на руки.
Марк прильнул к нему, обхватив маленькими ручонками за шею.
– Мама, я люблю дядю Итона, – внезапно пропищал он.
– О, я хорошо тебя понимаю, – хмыкнула Аня, обернувшись к ним всего на секунду. Дыхание Итона мгновенно сбилось.
– А меня поднять? – возмутился Лео, рванув к ним из гостиной.
– Боже мой, откуда в вас столько энергии, – хихикнула Аня.
Она расставила тарелки на деревянном столе и позвала всех обедать. Итон аккуратно опустил мальчишек на пол и занял стул рядом с Аней. Он отчаянно сопротивлялся фантазиям, но иногда они все же брали верх. Вот и сейчас он представлял, что это его семья, их общий дом, и после завтрака они отправятся на прогулку, потом вместе приготовят обед, а вечером будут смотреть фильм в гостиной. А потом… Потом они поднимутся наверх, мальчики уснут в своей комнате, а Итон и Аня снова обнимут друг друга, и она прижмется к нему всем телом.
