— На время плавания ты на королевской службе. Измена карается смертью. Найди себе место для сна и присоединяйся к погрузке. Не отлынивай! Мы должны успеть к вечернему приливу.
Меня охватили волнение и радость.
В палубе был открыт люк, люди один за другим входили и выходили. Я последовал за Турком, неловко спускаясь по крутым ступеням. Дальше была еще одна лестница, а потом длинный темный коридор.
— Скоро тут станет тесно, — предупредил меня Турок. — Предоставь место у пушек другим. Пушки-то появятся непременно…
Коридор оканчивался большой низкой комнатой. Чтобы не удариться о балку, мне пришлось пригнуть голову. Между балками висели длинные узкие сетки.
— Выбери себе гамак и положи в него свои вещи.
Я бросил торбу, копье и куртку в одну из сеток и присоединился к безостановочно движущимся людям на палубе.
Все утро я с остальными моряками, которые, все как один, были весьма суровы на вид, вкатывал здоровенные бочки с водой и пивом в сеть, подвешенную на деревянной лебедке. Несколько мужчин поднимали этот огромный груз в воздух и разворачивали лебедку так, чтобы бочки сквозь открытый люк опускались в темные недра корабля. Потом я помогал устанавливать бочки в сумраке трюма.
К полудню мышцы у меня болели, а спина отваливалась. Из глубины корабля начал подниматься дым, мешавшийся с запахами дегтя и пота. Следуя указаниям мистера Туисса, мы прекратили работу и спустились в большую комнату со столами и скамьями. Здесь запах дыма, идущий из смежной кухни, был особенно силен. Мы выстроились в очередь. Нам раздали галеты и по огромному кувшину пива. Галеты оказались просто каменными. Отовсюду слышался стук: люди колотили ими об углы и края скамеек.
— Хангер! — воскликнул сидящий рядом со мной Турок и помахал какому-то моряку.
Маленький, крепко сбитый человек ухмыльнулся нам и сел напротив. Полную галет тарелку он принес с собой.
— Ну что? Не подцепил еще дурную болезнь? Похоже, ты соскучился по неприятностям!
— Точно, — ответил человек по имени Хангер. — Куда мы направляемся? Команда для такого большого корабля очень уж мала.
— И мне так показалось, — кивнул Турок. — Да и запасов никаких. Говорят, за этой экспедицией стоит сэр Уолтер Рэли.
— Кабацкие сплетни! — ответил Хангер презрительно.
— Сам-то что думаешь?
Турок — вот это да! — разгрыз галету и громко захрустел. Я жадно пил пиво: поработали мы немало, так что в горле у меня пересохло.
— Мы будем искать карибское золото, — сказал Хангер. — Вы видели порты — аж для десяти пушек. Вполне достаточно, чтобы напугать до полусмерти любого испанского капитана.
— Ага, только там пока пусто. Где сами пушки?
И кто будет из них стрелять? Людей едва хватает, чтобы поставить паруса.
— Что мы вскорости и сделаем, бьюсь об заклад!
Человек, сказавший это, присоединился к нам только что.
Дым начал есть мне глаза, однако окружающим, кажется, не мешал. Я закашлялся и отпил еще пива. Напиток был мне внове, и теперь я не без удовольствия ощутил его воздействие.
— Карибское золото! Это уж наверняка, мистер Чандлер, — согласился с подошедшим Турок.
Тут что, все знают всех?
— И аутодафе, если только нам не добавят людей.
— Аутодафе? — спросил я.
Чандлер удивленно на меня посмотрел.
— Ты не знаешь, что такое „аутодафе“?
Я смутился и помотал головой. Тот, откинувшись, захохотал.
— А на борт тебя заманил, разумеется, Турок!
— Я сам хотел попасть на корабль, и никакой Турок меня не упрашивал!
— Осторожней! Не задирай юного шотландца, — сказал Турок словно в шутку.
— У него крутой нрав, и он способен на любую жестокость, — радостно присоединился Майкл. — Я собственными глазами видел трех человек, которые с воем катались по земле, пытаясь засунуть на место выпущенные им кишки!
Я предпочел не спорить, решив, что среди моих новых товарищей такая слава не помешает.
— Готов поспорить, что загрузка корабля — уловка, — сказал человек по имени Хангер. — Рассчитанная на лазутчиков Мендосы. Мы наверняка зайдем в Портсмут и возьмем там еще провизии и людей. А пока рано что-либо говорить.
Раздираемый любопытством, я спросил:
— Мендосы?
Человек по имени Чандлер откликнулся:
— Что за отсталый народ эти шотландцы! Ты знаешь вообще хоть что-нибудь?
— Я знаю, как перерезать глотку!
Чандлер прищурился. Наверное, прикидывал, где в моих словах хвастовство, а где — правда. Сказать он ничего не успел. К нам шел невысокий плотный человек с короткой дубинкой в руке. Держал он ее как-то странно. В следующую секунду я заметил, что у него не хватает на руке двух пальцев. Борода и бакенбарды были такими густыми, что они делали его похожим на какое-то животное, покрытое мехом. На меня уставились маленькие свиные глазки, чем-то похожие на камешки.
— Заканчивайте и принимайтесь за погрузку!
— Есть, мистер Солтер!
Меня поразила раболепность в голосе Турка. Что-то подсказывало мне, что слава пятнадцатилетнего головореза не произведет на бородача особого впечатления.
