Икона Стиля полностью

— Игнат Данилович, мне только что звонила Кувалда. В смысле, Наталья Родионовна Карамзина — единоличная хозяйка торговой марки «Лада» и всего, что выпускается под этим логотипом, включая глянцевый журнал «Стиль» и сеть салонов эксклюзивной одежды, обуви и белья. Я училась в одном классе с ее правнучкой и года три проводила в столичном особняке Карамзиных все выходные, так что знаю эту личность как бы не лучше ее деловых партнеров и могу с уверенностью заявить, что девяносто пять процентов всего того, что о ней утверждается в Сети — вранье. Тем не менее, Кувалда — единственная ныне живущая женщина в ранге Князь, личность, за последние семьдесят с лишним лет не проигравшая ни одной дуэли, и ночной кошмар для дворян, не умеющих держать слово. Да, терпеть не может высший свет, но только потому, что не уважает абсолютное большинство его представителей; да, считает свое мнение истиной в последней инстанции, но только при общении с теми, чье мнение меняется в угоду настроению, сложившейся ситуации или страху; да, бывает, втаптывает в грязь самооценку мужчин, но исключительно тех, кто является мужчиной только по половым признакам; да, ненавидима даже в собственном роду, но только теми родичами, которые не смогли заслужить ее уважения…

— И чего от тебя хотела настолько своеобразная личность? — спросил я, почувствовав, что она может продолжать и продолжать.

— Попросила устроить встречу с вами.

— А она умеет просить?

— Я перед ней лица не теряла. Поэтому меня она и уважает, и любит. А, к слову, правнучку, из зависти выставившую меня перед одноклассниками в дурном свете, сослала в родовое поместье и до сих пор держит в черном теле.

Я задумчиво потер подбородок, выслушал Дайну, нарывшую в Сети ряд чертовски интересных фактов об обсуждаемой личности, мысленно хмыкнул и напомнил Недотроге, что собираюсь в рейд в первых числах января.

Тут женщина усмехнулась снова. На этот раз — весело:

— Кувалда — человек действия. Поэтому уже едет сюда из Южного…

— Тридцать первого декабря в шестом часу вечера? — на всякий случай уточнил я.

Надя пожала плечами:

— Она поставила себе Цель и, как обычно, не замечает препятствий…

…Единственная ныне живущая Княгиня оказалась Кошмаром первого ранга с тридцатью девятью энергетическими узлами, большая часть которых была раскачана до второго обычного ранга, а узлы ледяных игл, воздушных лезвий, регенерации илепки тянули на обычный первый. Кстати, наличие последнего навыка было видно невооруженным взглядом — Одаренная ста тридцати семи лет от роду превратила себя в грудастую огненно-рыжую красотку чуть постарше меня. Однако эффектных девушек в моем окружении хватало, так что залипать на бюст, распиравший белоснежный пиджак, я и не подумал — поздоровался, подождал, пока Недотрога представит нас с Натальей Родионовной друг другу, и пригласил гостью подняться ко мне в кабинет.

Поднялась. Одна.

Отправив водителя-телохранителя в ранге Богатыря обратно в белый «Буран». А через пару минут, с моей помощью величественно опустившись в кресло, кинула по испытующему взгляду на Ольгу и Свету, повернулась к Надежде, молитвенно сложила руки перед грудью и снова уставилась мне в глаза.

Заговорила сразу после ухода Недотроги и в очень интересном ключе:

— Занимательная у вас команда: вам плевать на мои формы, а в глазах ваших подруг нет даже намека на ревность. При этом вы готовы к бою и, вне всякого сомнения, уверены в победе, хотя не можете не знать, что я — Княгиня с солидным кладбищем за спиной. Далее, вы правильно сидите, правильно смотрите и правильно дышите; ваша одежда фонит Силой на уровне… пусть будет «Кошмара первого ранга», каждая пуговица — артефакт работы Валеры Уфимцева, а защитные покровы, похожие на ваши, я не видела уже лет сто. Но и это еще не все: вы одеты невероятно стильно; та часть вашего особняка, которую я успела увидеть, убивает безупречным вкусом; под вашу руку ушла Наденька Ермакова и теперь ощущается абсолютно счастливой; вы дружите с единственным мальчишкой из Воронецких, которого можно уважать, а Людка Тимашева — его бабка — в вас души не чает. Причем не чает на самом деле — я помню ее еще ребенком, видела, как она взрослеет, и совершенно точно не ошибаюсь…

Я равнодушно пожал плечами:

— Живем в свое удовольствие.

— То есть, делаете то, что считаете должным, плевать хотели на высший свет со всеми его заморочками и век бы в нем не появлялись, будь у вас такая возможность, верно?

— Да.

— Что ж, значит, на моих первоначальных планах можно ставить крест: ни вы, ни ваши напарницы ни за что на свете не согласитесь рекламировать одежду, обувь и аксессуары, произведенные на моих предприятиях. Несмотря на то, что носите только их. А угрожать вам чем бы то ни было абсолютно бесполезно.

— Вы опять угадали… — бесстрастно признал я, а девчата продолжили изображать статуи.

— Скажите, пожалуйста, а где Ксения Вронская будет встречать Новый год, здесь или в поместье Веретенниковых? — внезапно полюбопытствовала гостья, и я, чуть-чуть поколебавшись, сказал правду: