Илья не смолчал и сравнил Идолище с «коровой обжористой» (что «у нас как у попа было ростовского»), которая много «ела, пила, тут и трёснула». Идолищу он предрекает ту же участь. Чудище в гневе хватает «ножищо-кинжалищо» и бросает в дерзкого калику. Но Илья уворачивается, нож ударяет в дверь дубовую, та выскакивает «с ободвериной» и убивает 12 татар. Илья не остается в долгу, бьет поганого каличьей клюшкой в голову, затем хватает мертвого за ноги и начинает им «помахивать», прибивая татар и приговаривая:
В какие-нибудь три часа всех татар и перебил. Царь Константин Боголюбович бросается к спасителю «Царь-от града», благодарит, просит остаться у него воеводой. Илья отказывается, и тогда Константин Боголюбович насыпает ему три чаши — красна золота, скачна жемчугу и чиста серебра, соответственно. Все это богатство богатырь высыпает в свой карман («Это ведь мое-то зарабочее»), благодарит царя за щедрость, возвращается к Иванищу, переодевается и, сказав калике напутственное слово: «Впредь ты так да больше не делай-ко, / А выручай-ко ты Русию от поганыих», — возвращается во Киев-град.
Рассмотренная только что былина была записана А. Ф. Гильфердингом от крестьянина деревни Бураковой Пудожского уезда Никифора Прохорова (51 год).{103} А за десять лет до Гильфердинга Рыбников записал от Трофима Рябинина другой вариант этого сюжета, в котором Идолище является не в Царь-от граде, а в Киев-граде. Чудище, остановившееся в чистом поле близ столицы, посылает Владимиру требование выставить поединщика-супротивника. Илья успокаивает князя, переодевается в каличье платье — «лапотики шелковые», подсумок «черна бархата», на голову надевает «шляпку земли греческой» — и отправляется в ставку Идолища, совершив «ошибочку не малую», не взяв с собой никакого оружия. По пути богатырь встречает каличище Иванище и просит одолжить его клюку (весом в 90 пудов), угрожая в противном случае убить странника. Иванище раздосадован и подбрасывает клюку так, что она втыкается «во сыру землю». Илья едва сумел выдернуть ее и продолжил свой путь. При встрече неузнанного Муромца с Идолищем происходит обмен информацией о том, кто сколько ест и пьет (чудище поганое пьет по семи ведер пива и ест по семи пудов хлеба), Илья вспоминает «едучую» корову, которая много пила-ела и лопнула. Следует эпизод с попыткой убить богатыря «кинжалищем булатным», после чего Илья убивает Идолище — «ляпнул» его шляпкой земли греческой так, что «рассек он Идолище на полы».{104} (Зачем ему только понадобилась клюка?) Как видим, в варианте с освобождением Киева Илья выступает в роли защитника родной земли, а в варианте со спасением Царьграда является спасителем всей православной веры.
Роль защитника Киева от татар Илье особенно близка. Без него город не отстоять. Вот «из орды, Золотой земли, из тоя Могозеи богатыя» подымается злой Калин-царь со своей силой поганой. В семи верстах от Киева войско Калина останавливается на «Непре». С Калином
Написав «ярлыки скорописчаты», Калин-царь выбирает татарина «выше всех», «мерою трех сажен», голова с пивной котел — «которой котел сорока ведер» — и отправляет его к Владимиру. Татарин въезжает на двор княжеский, вбегает в «гридню светлую», князю не кланяется, «Спасову образу не молится», ярлыки бросает на «круглой стол». В ярлыках написано:
Невежливый татарский посол советует князю:
Владимир от бессилия заплакал — как назло «богатырей в Киеве не случилося». А с Калином
