- А ты прогульщик и есть. Напишешь потом объяснительную в деканат – «Был на приеме у олигарха». Уважительная причина.
- Ему еще и смешно, – притворно обиделся Аристин, – а про безопасность я так и писал. Пропустил лекцию, потому что был на допросе. У них скоро целая книга моих объяснительных скопится. «А когда вы, молодой человек, учиться собираетесь? То у вас допрос, то покушение?».
- Да, занят по уши… Ладно, до завтра!
- До завтра!
До офиса они доехали быстро, Дэн включил «мигалку», чего обычно не делал и прибавил скорости. Аристин так ездить не любил, но раз Эверу так подперло… Правда вид сегодня у Аристина не офисный – лето уже разгоралось и поэтому всего лишь светлые джинсы и легкая рубашка. Ладно, ему простят. Проверил в кармане пропуск – категория «важный посетитель». Да, впрочем, охрана его в лицо знает уже.
- Господин Эрлинг вас ждет. Проходите, – секретарь встретила его сама, а два менеджера, отиравшихся в приемной безнадежно вздохнули. Если к Эверу Эрлингу приехал такой гость, то уже нет надежды на быстрое подписание смет.
Эвер был не один, что необычно, а с каким-то мужчиной, которого Аристин пока видел лишь со спины.
- Добрый день, – раз у Эвера кто-то, то вряд ли уместно простое приветствие. – Что случилось?
- Вы быстро доехали.
Матиас. Аристин узнал его сразу, как только таинственный гость Эвера встал и повернулся к нему. Пилот, который катал его на Игле. Друг отца. И его узнали тоже, мгновенно.
- Матиас… – растерялся Аристин. Вот так встреча!
- Аристин! – Летчик шагнул к нему первым. – Да как же ты вырос! И, почти отец, не отличить… Как я тебя искал!
Аристина стиснули в объятиях, и он с радостью, с комком в горле, уткнулся в грудь Матиасу.
Надо же, какая нежная встреча соотечественников… Эвер наблюдал за обоими даленцами. Имя Матиаса Арнссона уже мелькало в тех документах, что безопасники Синто поднимали по приказу Эвера. Да, все верно, учился в военной академии вместе с Дитером Илиас, потом стали служить в разных ведомствах, встречаясь время от времени. Уволился из военной авиации через некоторое время после гибели друга, но страну покинул через полтора месяца. С рассказом совпало.
- Переговорная к вашим услугам, – напомнил о себе Эвер. – Аристин, не забудь про таблетки.
Какое «прозрачное» предупреждение не волноваться… Как будто это от него зависит.
- Я уже не думал, что найду тебя, Ари, – они все-таки ушли в переговорную, чтобы не мешать Эверу, чьего внимания жаждали подчиненные, – почти не верил. А тут открыл журнал и не поверил. Ты. С Ожерельем. Значит, жив. Наврала, сучка, хотя я это еще раньше понял.
- Кто? – не понял Аристин, разливая чай.
- Тетка твоя разлюбезная. Ладно, давай сначала. Когда вы пропали после взрыва, меня в стране не было, командировка в пустыню, а вернулся – мрак творится: Десятки нет, вместо вашего дома – руины, ингеровский – снесен напрочь, камни одни.
- Снесен? – не поверил Аристин. – Дедов дом? Зачем?
- Спроси их! Я уволился и давай вас искать. Отец твой правильно предупреждал.
- О чем? – кажется, сегодня он узнает много нового. Аристин на всякий случай действительно решил выпить таблетку, хотя еще два часа до приема. – Он знал?!
- О том, что процесс необратим, Аристин. Десятка ничего не смогла сделать, потому что она доверяла людям, а они… У вас же ни охраны нормальной, ничего не было. Даже сигнализации паршивой. И где-то за месяц, как раз после аэродрома, мы с твоим отцом виделись, он отдал мне копии ваших документов и карточку на открытый счет. Ваших и Уны, просил позаботиться, если что. Ну вот… А я в командировку. Он хотел, чтобы я вас увез в Сакту, сказал, что поговорит и с тобой.
- Он ничего мне не сказал… – еле смог ответить Аристин. – Ничего. Все было, обычно…
- Значит, не успел. Так вот, я так подумал, что вы наверняка к тетке, та, которая осталась из родни, жена Олле. Я пришел к ней, а она говорит, что вас в глаза не видела, и что вас убили. Чуть собак не спустила, хотел с Олле поговорить, а он уехал. Потом я все ваши остальные дома обыскал, где кузены, где матери родственники – никого и нигде. Кто арестован, кто убит. Никаких следов. Ни могил, ничего.
- А, вы не знаете, – Аристин задал самый важный для него вопрос, – моих родителей хоронили?
- Нет, Ари… Никто не знает теперь. Они снесли кладбище Десятки и разровняли все… Все стелы, склепы... Все начисто, залили бетоном.
Внезапно захотелось выпить. Не чай, крепкого, того, чем недавно отпаивал его Эвер. Могил его рода больше нет. Зачем? За что? Что им сделали мертвые?
- Потом мне пришлось уехать самому – увозить жену, беременную. Года не прошло, как женился и на тебе! «Эти» хотели заключить контракт, чтобы создать новую авиацию, чтобы им в аду гореть. Надо было еще и аэродром сжечь, да машин жалко. Мы в Сакте устроились, Бьерг родила пацана, а я вернулся. Ни тетки вашей, ни Олле. Даже «Илиасгатан» – название, поменяли на улице. Но я нашел, я вашу чертову метеостанцию нашел! В местном магазине тетка рассказала, что Олле часто покупал дешевую жратву и сухой спирт. Ну я прикинул, что к чему.
