- Это ты молодец, умница, Ари, – разбил тишину Эвер, – не стал тянуть и мотать нервы, ни мне, ни себе. Тебе впрочем это все равно врачи запретили. А у меня они крепкие. Мы с тобой уже обсуждали эту тему, не раз. Ты отлично знаешь, что не возьму от тебя никаких денег. А тем более тех, что тебе оставил отец. Тут я не конкурент.
- Я не понимаю…
- Чего ты не понимаешь, Аристин? Ты все отлично понимаешь, можно теперь спокойно вздохнуть и выдохнуть. Спасибо, Эвер, мы в расчете? Так получается?
Даже отступил на шаг, вжался в окно, напуган, но не сдается, это видно.
Разомкнуть горло, суметь вдохнуть, раздвинуть ребра и все-таки сказать. От обиды, от удивления свело грудь.
- Вот поэтому я и хочу отдать тебе деньги, – главное, чтобы не дрожал голос, справиться с собой, взять себя в руки. – Именно поэтому. Я устал от этой зависимости и беспомощности, я скоро задохнусь, Эвер! Ты так сразу решил, что я положу их на стол и уйду, правда, Эвер? Что я только ради денег и безопасности, и сестер, и сбегу при первой же возможности? Я понимаю, что наши двести-триста тысяч для тебя действительно не деньги, а для меня это шаг. Перестать быть зависимым и нахлебником. Я не знаю, как принято в Нуве, но я другой. Мне действительно тяжело жить за чей-то счет, даже если это счет того, кто мне дорог! Да, я читал, что ты вот так запросто мог оставить у кого-то, с кем спишь, карту на сотни, им может это и нравится и нужно, но не мне. Я считал дни, до того, как смогу снова зарабатывать, чтобы хоть немного, не чувствовать себя…
- Прекрати истерику, Аристин. Я тебя слышу, – хотелось сорваться с кресла, перехватить чертова даленца, чтобы он собой стекло не выдавил, ни поранился. – Здесь, в этой комнате, два идиота. Один хочет поскорее повзрослеть и доказать неизвестно кому, что он сам все может, хотя в этом нет сомнений, а второй – боится и понимает, что уже не молод, что ему нечем удержать. Мне почти сорок два, Ари, и у меня поменьше возможностей, про бесплодие мы с тобой уже говорили. Я сам, и деньги. А ты хорош и сам по себе, и у тебя впереди целая жизнь. Я наконец-то, на пятом десятке нашел правильное вложение средств – в семью, пусть и не свою. Отойди от окна, пожалуйста.
Сделал шаг вперед, послушался.
- Они между нами, Эвер! – Аристин не назвал причин, но и так было ясно. – Все думают, что мы, точнее, я, только из-за денег, что я продал тебе и молодость и красоту. И это так, ты же помнишь наш «контракт». Это было так, но потом... А по сути – все по-прежнему, для всех, даже для моих сестер. Марта думает, что она удобно меня пристроила, меня тошнит, когда она спрашивает про деньги! Я для нее только банкомат пока, хотя это и до тебя было, только требования поменьше. Но с этим я сам разберусь. Ты можешь меня держать, но я не хочу висеть у тебя на шее!
- Спасибо, что разрешил, – кивнул Эвер, – иногда твоя порядочность, хуже ятвардовой жадности. Это у меня любовник такой был, письмо тебе еще писал. Это мои деньги, Ари, и я решаю как мне их тратить и на кого, но ты хоть раз обратил внимание на мое лицо, после того, как благодаришь за подарок, даже за самую ерунду? Твое я сотни раз видел – озабоченное, что подсунули очередную дорогую безделушку, а не обрадованное. Это знак внимания, а не покупки. Ты просто лишаешь меня возможности заботиться, только потому, что к тебе относятся как к любимому? Беспокоит, выбивает из колеи, где ты должен всем?
Опустил голову, кажется, дошло.
Теперь обожгло стыдом самого. Ему действительно неловко принимать эти подарки. Они красивые, они желанные, Эвер никогда не дарит ничего нелепого, но и вправду… Ведь когда делаешь подарок, всегда страшно, что не понравится, любому, обычно, страшно, даже Эверу наверное. И еще Эвер не празднует свои дни рождения. По какой-то причине, один раз зашел разговор, но Эверу он был неприятен и загадка так и осталась загадкой. Но все равно... Тут он виноват, он, действительно, боится этих подарков.
Загнан в угол. Рысь, как на их даленском гербе. Тяжело дышит и молчит, не знает, куда девать руки и поэтому обхватил себя за плечи.
- Наверное, – уже истерика на спад, голос спокойнее, – наверное, я не прав, Эвер. Но я ничего не могу, даже справиться с собой тут. Но видишь, ты решил, что я уйду от тебя, сразу…
Это было не просто обидно, это как удар под дых. Эвер не верит ему, потому что он не умеет ластиться и вести себя как влюбленная девушка? А как себя надо вести, когда тебе кто-то нравится? И как он может ухаживать за Эвером? Не цветы же ему дарить, в конце-то концов! Девушка здесь он, Аристин, хоть и совсем не девушка…
- Мы опять возвращаемся уже к моим страхам, Аристин. Ты боишься, что вдруг станешь обязан, а я боюсь тебя потерять. Вот и все.
Гроза прошла. Но все равно, Аристин даже не поднял лица, боясь, что опять прочитают все эмоции, которые он так и не научился скрывать. Они оба запутались. Лучше бы не было сейчас этих денег!
