- Вы понимаете, что мы должны обеспечить все меры безопасности для Аристина Илиас, – теперь можно и о делах, пока идет операция. Эвер умел мгновенно переключаться. – Я оплачу отдельную палату и все неудобства, связанные с охраной. Так же мы должны скоординировать действия, чтобы пресса не беспокоила Аристина или врачей. Моим людям должна быть предоставлена свобода действий в рамках их полномочий. Все бумаги от службы государственной безопасности и полиции будут у моих менеджеров на руках, господин Бьергольв. Так же я прошу найти возможности для самого лучшего ухода за моим подчиненным. Естественно, все будет компенсировано.
- Конечно, мы пойдем вам навстречу, господин Эрлинг, но как быть с полицией и другими службами? Я понимаю, что как только юноше станет лучше, начнется работа.
- Работа уже идет. Естественно, все расследование будет без препятствий, это я беру на себя. Я прошу лишь сделать все, чтобы Аристин поправился и чтобы ему ничего не угрожало. И настоятельно рекомендую не давать никому интервью и комментариев.
- Мы не даем информацию о пациентах, это касается кого бы то ни было, – оскорбился врач.
- Вот и хорошо, я рад, что мы друг друга поняли.
Осталось только ждать, пока закончится операция, пока он не узнает, где разместят Аристина и когда можно будет его увидеть. Какое счастье, какое невероятное везение, что убийца промахнулся, целясь в сердце! Если бы на его месте был профессионал, то его мальчик мог бы даже не понять, что его уже убили.
- Ты уже там? – Хакон словно чуял, когда звонить. – Что точно с твоим парнем?
- Ранен в плечо, операция. Я жду результатов, Хакон. Версии у меня есть.
- Надеюсь, ты про себя и свои делишки не забыл? Тоже весьма вероятно. Но Дален нервничает.
- Очень нервничает?
- А то! Если бы мы не успели дать твоему мальчику гражданство, то и претензий бы не было. А так – покушение на жизнь гражданина Нувы. Оружие, кстати, уже нашли. Исполнителя ищут. Остались заказчики. Вполне вероятно, что парень еще кому-то насолил.
- Без разницы. Мне нужно имя и следствие. Такое, чтобы в сторону Ари дунуть не смели. Мои люди будут содействовать.
- Если будут мешать – лицензии на следующий год не будет, Эвер. Это дело на контроле в правительстве. Твой мальчик – ценная штучка. А ты плохо присмотрел за ним.
- С этим я разберусь сам. Найдите мне их.
К Аристину пустят не сразу, только после того, как нормализуется состояние и будет ясно, что все хорошо. Но ехать домой, туда, где этой ночью не будет его мальчика – невыносимо. Приедут сестренки Аристина, обе уже звонили, нужно было прислать за ними машину с охраной, Марта ревела.
Теперь дождаться окончания. Эвер сел в кресло в приемной, невзирая на уговоры персонала больницы, согласился лишь на кофе. Взял чашку с горячим и увидел, как дрожат руки. Его собственные руки, которые не дрожали, когда он нажимал на курок или подписывал решения, ломающие жизни. Аристин, его драгоценный умница, там, в операционной, с распоротым плечом, во власти хирургов. Его мальчик, без которого свет погаснет. Жаль, что нельзя купить время, чтобы не было этого выстрела. Почти все можно, это Эвер знал не по наслышке, а вот время нельзя…
Тот, кто предназначил пулю для Ари, очень сильно пожалеет, пусть даже это будет хоть весь Дален.
- Все, – Эвер подскочил, как подросток, с кресла. Врач остановился около Эрлинга. – Все хорошо. Пулю мы извлекли, жить будет, и судя по всему не плохо. Сейчас его перевезут в палату, под наблюдение. Вам лучше приехать завтра. Уже вечер, мы ночью понаблюдаем, а утром вы можете навестить его, как раз он придет в себя.
- Я могу увидеть его сейчас? – хотя бы миг, увидеть его лицо.
- Мне очень жаль, не стоит. Все будет хорошо. Завтра вы даже поговорите.
- Марта, перестань реветь! – взмолился Аристин, стараясь улечься поудобнее и не потревожить перевязку и иглу капельницы. – Если ты думаешь, что я от этого поправлюсь, то... Лучше расскажи, как у вас в школе дела.
Все, что случилось между ранением и сегодняшним утром он помнил очень плохо. Была скорая, свет в операционной, кто-то его уговаривал и спрашивал о чем-то, а потом он проснулся от боли со смазанным сознанием, приходя в себя после наркоза. Оказывается, в него стреляли. Задеты мягкие ткани, но рука болела и двинуть плечом было невозможно. Утро превратилось в бесконечную череду визитов и расспросов: полиция, сестры, безопасность, врачи само собой и, конечно же, Эвер. Но все по порядку.
Два офицера спрашивали его почти одновременно, он не запомнил их имен из-за слабости – мужчина и женщина. Нет, он ничего не запомнил, никого не видел, просто покупал воду. Какие у него враги? Правительство Далена. Больше он вроде никому ничего не сделал. Но про письмо Аристин смолчал, да даже и вспомнил не сразу, об этом лучше узнать у Эвера, мало ли что, и вообще, сначала лучше поговорить с Эрлингом, а потом с полицией и безопасниками.
Обида и недоумение. Что он такого сделал Далену, что заслужил смерть? Да еще так подло – от невидимого убийцы. Не та же мразь бросила гранату в машину отца? Лучше бы он тогда промахнулся.
