К р у т о й (невозмутимо диктует дальше). «Второе… О немедленном наделении того же колхозника новой усадьбой по улице Центральная с кирпичным домом под шифером со всеми подсобными помещениями, а также о выделении ему и его большой и знатной семье в личное пользование: коровы, двух свиней, кур, гусей и уток».
Д е д (еще более растерянно). А-а?!
К р у т о й (с достоинством и ноткой самодовольства). Вот почему, дорогой товарищ Жора… Вот почему не сегодня, а завтра я от имени правления колхоза «Рассвет» прошу тебя смотреть и брать на заметку, где и как, в каких условиях живет у нас знаменитый дед Савелий. Признаю целиком и полностью: это наше упущение, что мы до сих пор… Но, как видишь…
Ш а л а е в (с восхищением). Превосходно, Степан Васильевич! Отдаю должное вашей находчивости и решительности. Завтра, а не сегодня. Согласен.
Д е д (будто очнувшись). Нет! Не надо! Ничего этого не надо!.. Никакой новой усадьбы… Не возьму. Не поеду. Ни за что не поеду.
К р у т о й. А я говорю, поедешь. Как миленький.
Д е д. Нет, нет и нет!
К р у т о й (закипает гневом). Симочка! Запиши и передай по телефону в район: срочно к завтрашнему утру… наряд милиции из трех-четырех человек!.. Вот так, упрямый дед…
Д е д. Не имеешь права!
К р у т о й. Имею. Полное. Не у тебя беру, а тебе даю, о тебе с твоей бабкой, о твоих сынах и внуках заботу проявляю! (Хватает трубку телефона.) Строительную бригаду… Передайте плотникам:
В эту ж ночь соорудить и к утру перетащитьНа улицу Центральную арку триумфальную!Дворец культуры… Передайте художникам:
Чтобы завтра же, чуть свет, к арке был готов портретКолхозника кубанского деда Серебрянского!Медпункт… Передайте фельдшеру Окуню:
Пусть сейчас зовет на сбор свой оркестр, а также хорИ разучит с ними вместе соответственные песни!Затемнение.
Перед занавесом.
Женщины судачат по поводу деда Савелия:
— Слыхали, бабы?..— Что такое?— У Серебрянского — сыны!— Да ну?— Ей-богу!— Двое, трое?..— Все семеро, и все — чины!— Один майор, два капитана…— Четвертый — старший лейтенант!— Про пятого так я слыхала, что пятый этот… сам сержант!— Женатые?— Кому что надо!— Вопрос серьезный, без «хи-хи»!..— У нас тут есть, что будут рады, коли подъедут женихи.— Ты про Осокину Елену? Семь дочек у нее как раз!— Сказать ей надо непременно, сказать немедленно, сейчас!— Слыхали, бабы?..— Что такое?— У Серебрянского — сыны!— Да ну?— Ей-богу!— Двое, трое?..— Все семеро, и все — чины!Затемнение.
КАРТИНА ВТОРАЯНовый кирпичный дом под шифером с верандой, увитой зеленью; двор-сад с плодовыми деревьями. На сцене О к у н ь, с е с т р ы О с о к и н ы, П е т ь к а, к о л х о з н и к и и к о л х о з н и ц ы.
П е т ь к а (на перилах крыльца). Вижу! Едут! Сразу на двух машинах, а может, даже и на трех! Пылищи подняли — во! Иван Кириллович, играйте встречу!.. Ой, стойте, не надо. То не машины… То тетка Елена, Фроськина мать. (Спрыгивает с перил.)
О к у н ь. Тоже мне разведчик-наблюдатель! Одну тетку от трех машин отличить не можешь.
П е т ь к а. Так ведь смотря какая тетка, Иван Кириллович.
Осокина за кулисами: «Мария, Дарья, Ольга!.. Верка, Нинка, Анька, Фроська! Не дозовешься вас и не докличешься!»
М а р и я. В самом деле, мать идет.
Д а р ь я. Сердитая, слышно.
О к у н ь (с досадой). Этого только и недоставало!..
Входит О с о к и н а — босая, в подоткнутой юбке, с веником и тряпкой в руках.
О с о к и н а. Ну да, я ж так и думала, так и гадала: где наш аптекарь со своей дудкой, там и они. А ну, айда домой, сейчас же домой!
