«Илюшка смеется» и другие комедии полностью

С и м а (в прежнем своем виде с шумом и грохотом вваливается в кабинет). Степан Васильевич!..

К р у т о й (вздрагивает). Фу ты!.. Как с цени сорвалась!..

С и м а (радостно). Есть!

К р у т о й. Что — есть? Говори толком.

С и м а. Этот самый… как его… фельетон!

К р у т о й. Что-о?!

С и м а. Вот… В нашей районной газете сегодняшней. Только что с почты принесли… (Отдает ему газету.) Да вы не переживайте, Степан Васильевич: хороший фельетон, наверное, положительный — «Щедрый председатель» называется.

К р у т о й. Куриная голова! Где ты видала положительные фельетоны?! (Берет газету, разворачивает, читает и возбуждается все больше и больше.) Так… Так… Так!.. (Нажимает кнопку электрического звонка, зовет.) Симочка!.. Серафима!.. Тетка Фимка!..

С и м а. Да здесь же я, Степан Васильевич! Господь с вами!..

К р у т о й. А?.. Ага… Бери карандаш и бумагу, пиши.

С и м а. Это… как его… опровержение, да?

К р у т о й. Какое опровержение?! Что я, по-твоему, как руководитель совсем уже дисквалифицировался, что ли?! И что опровергать? Все так, все правильно, как было на самом деле.

С и м а. А что писать?

К р у т о й. А вот что… «Всем членам правления. Срочно. Сегодня, в двадцать один ноль-ноль, внеочередное заседание. Повестка дня. Первое… О признании фельетона «Щедрый председатель» целиком и полностью правильным. Второе… О немедленном исправлении допущенных ошибок, а именно — об отобрании у колхозника Серебрянского С. Д. недобросовестно полученной им новой усадьбы, а также…» Нет! Стой! Не надо… Ничего этого не надо…

С и м а. А что надо?

К р у т о й (яростно бьет кулаком по столу). Тимку-почтальона ко мне! Сейчас же, немедленно! Из-под земли… живого или мертвого!

С и м а (испуганно). Ой, что вы на него так, Степан Васильевич? При чем тут Тимка? Нашли стрелочника…

К р у т о й. Тимка при чем? При том, что он первый должен был все знать и руководству сигнализировать, а не орать «салют-ура»! Давай мне его сюда, давай немедленно!..

Затемнение.

Усадьба деда Савелия. Та же усадьба, а выглядит совсем иначе: на крыльце увяла зелень, с деревьев падают сухие листья, в доме наглухо закрыты ставни. Двор завален разными домашними вещами, только теперь  М а т р е н а  А н д р е е в н а  и  А л е ш а  не вносят, а, наоборот, выносят их из дома. Входит  М а р и я.

М а р и я. Матрена Андреевна! К вам можно?

М а т я. Заходи, Мария. Можно.

М а р и я. Ну как Савелий Дмитрич?

М а т я. Да уже вроде ничего. Встает понемногу, ходит с палкой.

М а р и я. Ага… Ну вот… Мы с девчатами петуха зарезали и Савелию Дмитричу суп сварили, а кроме того, молока, сметаны, масла ему принесли.

М а т я. Зачем это?

М а р и я. Затем, что ему теперь, Иван Кириллович говорит, самое главное — есть повкуснее и побольше надо.

М а т я. Что, я сама не могу?

М а р и я. Можете. Только вам сейчас не до этого, чтобы самой варить, печь да жарить. (Зовет.) Сестры! Несите…

Входят  Д а р ь я, О л ь г а, Ф р о с ь к а  и  д р у г и е. Одна несет кастрюлю с супом, другая блюдо с петухом, третья крынку с молоком и т. д.

М а т я (машет рукой). Ладно. Оставьте. Спасибо.

М а р и я (показывает на вещи во дворе). А это что? Зачем? Уж не обратно ли собираетесь?!

М а т я. Обратно.

М а р и я. Крутой так круто распорядился?

М а т я (резко). Сама не хочу! Не могу в этом доме… обманом полученном.

Д а р ь я. Матрена Андреевна… значит, действительно?..

О л ь г а. А письма?!

М а т я. Хватит, девчата! Не терзайте вы мне душу, ради всего святого!

М а р и я. Пошли, сестры, пошли… Матрена Андреевна, вы только матери нашей ни про петуха, ни про все остальное… Сердитая она на Савелия Дмитрича. Сама все затеяла, сама во всем виноватая, а на него сердитая.

М а т я (снова машет рукой). Ладно…

Сестры Осокины, за исключением Фроськи, уходят.

Ф р о с ь к а. Бабушка Матя…

М а т я. Ну что? Что тебе еще?!

Ф р о с ь к а. Вы только не кричите на меня, пожалуйста. А то мать кричит, сестры кричат, даже по затылку бьют…

М а т я. Ну говори, слушаю.

Ф р о с ь к а. Я все понимаю, бабушка Матя: нету у вас никаких сынов. Савелий Дмитрич их просто-напросто выдумал, вообразил себе, нафантазировал.

М а т я (со вздохом). Правильно понимаешь.