М а т я
Д е д. Наши! Родные!
М а т я. Нет, не наши… чужие. И не видели мы их никогда, и не увидим…
Ш а л а е в. Да вы не так, пожалуйста. Вы — по порядку, сначала… все, как было.
М а т я. Сначала? Как было?.. Поженились мы с Савелием — он тогда только что с войны пришел. Жили бедно, но хорошо — душа в душу. Только вот… ребят у нас не было. Так и дожили до старости лет одни. На чужих детей, на чужое счастье смотрели да завидовали… А потом Савелий затосковал, и стали мы ездить с места на место… Попали сюда, к вам, у вас поселились. И вот новое дело! Выдумал Савелий, будто сыны у него, как когда-то он сам, военные… по всему свету! А на самом деле никого у нас нету.
Д е д
М а т я
Ш а л а е в. А письма… письма от кого?
М а т я. Что ж письма… Выписывает да читает Савелий газеты, радио слушает. Прочитает или услышит про кого-нибудь, который такой же, как он, одинокий, ну после войны, скажем, без родителей остался, сиротой рос, в детском доме воспитывался, и с которым что-либо приключилось, в чем-либо не повезло, ну сейчас же ему телеграмму или письмо, а вслед посылку. Заставит напечь, нажарить, яблок и груш в посылку положить. Я рукавицы теплые, носки вязать умею. Тоже отправляли… Ну, тот получит нашу посылку и отвечает, конечно, благодарит. А Савелий, как дитя малое, радуется: от сына, мол, письмо получил! Радуется, гордится, людям хвалится, а про то молчит, то скрывает, что не наши это дети пишут, чужие… И малых ребят, будто внуков, мы только на лето к себе в гости… из детского дома берем. Из детского дома, чужих.
Д е д
О с о к и н а
М а р и я. Мать! Перестань сейчас же!
Д а р ь я. Замолчи!..
Д е д
О к у н ь
Ш а л а е в
К р у т о й. М-да-а… А ведь говорил же я тебе, Жора: давай лучше про трактористов, комбайнеров, представителей других ведущих профессий, которые изо дня в день выполняют и перевыполняют…
Еще приступ, что ли?
О к у н ь. Нет, это он говорит, только очень тихо.
С и м а. И на пальцах что-то вроде показывает.
К р у т о й. Что говорит и показывает?
О к у н ь. Гм… Он говорит, что никуда отсюда не поедет. Ему и его внукам здесь нравится — и он не поедет.
С и м а. Во! Дулю скрутил и показывает! То есть фигу по-культурному. Извиняюсь, товарищ корреспондент…
Ш а л а е в
К р у т о й
Ш а л а е в. Фельетонная! Это может быть такой фельетон, который напечатает не только наша районная или областная, но и центральная газета!
К р у т о й. И ты… И вы… За мои же хлеб-соль, за мое добро и мне же в ребро?!
Ш а л а е в. А что я могу поделать, дорогой мой товарищ Крутой! Материал обязывает, материал диктует. В данном конкретном случае он диктует жанр фельетона!
К р у т о й
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
С е с т р ы О с о к и н ы.