– Носочек?
– Ага.
– А почему он только один?
– Слишком много хочешь, – пробурчала Афина. – От одного-то чертовски устаешь. Гестия сказала, что у вязания масса плюсов. Пока единственный плюс, который я могу представить, – крест на своей могиле!
Ари жадно впилась зубами в куриную котлету, щедро политую соусом. Не слишком-то здоровое блюдо, если подумать, но она здорово вымоталась.
– Что там у близняшек? – Афина даже не дала ей прожевать первый кусочек. – Алиби?
С одной стороны, она зареклась не доверять никому из Двенадцати. С другой стороны… Черт, мозг Афины ей бы точно не помешал.
– Алиби. Хотя я им до конца не верю, слишком чокнутые. – И она вкратце пересказала версию Артемиды.
– Алиби как алиби, – вынесла вердикт соседка, выслушав ее историю.
– Но хоть кто-то может его подтвердить?
– А чем тебя декан не устроил?
– Ты поняла, что я имею в виду!
– На территории возле главного корпуса полно камер видеонаблюдения. К сожалению, только у главного, и, готова поспорить, половина из них сломаны. Но библиотека относится к главному. Хоть одна камера наверняка засекла декана и Аполлона у библиотеки, если они действительно там были.
– Ты гений, – выдохнула Ари, едва не выронив котлету. – И почему нельзя было поставить такие же камеры не только на улице, но и в доме Двенадцати? Сразу бы решили массу проблем!
– Ты что, Зевс бы повесился от такой новости! Не говоря уже о том, что никакое веселье невозможно под надзором университетской верхушки.
– Знаю, но помечтать-то можно… И кстати, камеры ведь не засекли, как кто-то унес тело Семелы под носом у полиции. Значит, могли не засечь и декана.
– Во-первых, какой дурак понесет труп через главный корпус? Во-вторых, давай рассуждать логически. Предположим, камеры не работали и близнецы как-то замешаны во всей этой истории. Но сама посуди, кто в качестве алиби выдумает настолько нелепую историю? Кронос, вместо того чтобы праздновать Новый год в тепле и уюте, в своем роскошном доме – а я предполагаю, что он у него роскошный, с его-то бриллиантовыми запонками и бесценными часами, – тащится в библиотеку? Такая ложь не выдерживает никакой критики. И не забывай, твой ручной коп легко может поболтать с деканом. Заплатите ему побольше, это перевесит страх оказаться уволенным, и дело в шляпе.
Ее пылкая убежденность невольно передалась Ари. Действительно, хотели бы соврать – уж точно не стали бы называть имя влиятельного декана, который мгновенно отреагирует на подобную ложь.
– Самый умный человек в комнате, – напомнила Афина, слегка усмехнувшись.
И снова уставилась на вязаный носок.
Гера забросила ногу в красной туфельке на перила. Берет на ее голове опасно накренился.
– Смотри, не упади, – предостерег Зевс, щелкая фотоаппаратом. Из-за сигареты в уголке губ его голос был слегка неразборчивым. – Не то я прыгну за тобой, и мы умрем вместе.
– Если ты упадешь, я прыгну следом, потому что не смогу жить без тебя…
– Если вы двое не отойдете от лестницы и не перестанете говорить эти омерзительные пошлые вещи, я скину вас обоих, – процедила Афина, придерживая подбородком стопку книг.
Раньше она обожала запираться в библиотеке и сидеть за учебниками до рассвета. Конечно, в главной библиотеке, а не в Царстве, потому что у Аида при виде читателей было такое лицо, будто они приходили лично к нему домой, выносили плазменный телевизор и мочились на любимое комнатное растение. К сожалению, теперь библиотекарши выгоняли студентов точно по часам, не обращая внимания на протесты. Надо бы организовать сбор подписей за продление, и, разумеется, эту инициативу должен будет согласовать президент студсовета. Да-да, тот самый, который вопреки нормам противопожарной безопасности сейчас надымил на лестничной клетке так, что хоть топор вешай.
– Тебе помочь? – поинтересовался Зевс, наблюдая, как Афина пытается одновременно вытащить ключи и удержать башню из учебников с потрепанными обложками.
– Справлюсь, спасибо.
На деле Зевс явно не слишком горел желанием помогать. Просто он стремился держать все под контролем. Афине было знакомо это: во многом она была такой же. Возможно, даже могла бы заменить его в должности президента студсовета и общества Двенадцати, но ей хватало ума не обрекать себя на необходимость присматривать за всем, что творится в кампусе. А вот Зевсу такой образ жизни был по душе. Единственный раз, когда она видела его растерянным и совершенно беспомощным, был на Чистке. И то лишь на секунду. А потом снова – маска лидера. Афина чувствовала: дело тогда было даже не в полученных ранах. В первую очередь это была психологическая травма того, кто привык все контролировать, но столкнулся с тем, что чуть не убило его. С Тифоном. «На каждого крутого найдется тот, кто покруче».
– Что это вы не в своем корпусе?
– У вас этажом выше вечеринка. – Гера, наконец, перестала таращить голубые глаза и выгибать спину, подражая супермодели с обложки глянца. – Тебя тоже хотели позвать, но потом вспомнили, что ты даже на тусовку притащишь с собой гору учебников.
