После ухода от дел сад стал ее главной страстью, ему она отдавала все свои силы и у него искала утешения. Трое детей, но лишь один Рич оказался способным продолжить созданное ею дело! Он один пошел в нее, унаследовал не только трезвый ум, но и деловую хватку. На его здравый смысл она могла положиться даже, когда он был еще совсем ребенком. И он всегда был таким послушным, но только до тех пор, пока в его жизни не появилась эта Линн Лоусон. Увидев ее в первый раз, она, Ханна, сразу же поняла, что эта девушка не пара Ричу. Ее сыну нужна другая женщина, не столь независимая и сильная, а такая, рядом с которой он сможет стать еще сильней. Сколько хлопот было с ее дорогим Ричем в детстве! Сколько бессонных ночей она провела у его кровати, пока он болел всеми этими детскими болезнями! С Лайзой и Кевином не было таких проблем, они всегда были здоровыми детьми, но лучше бы она намучилась с ними в первые годы их жизни! Лайза — толстая и некрасивая. Никакой веры в себя. Готова броситься на шею первому же взглянувшему на нее мужчине. И в этом, как это ни прискорбно, ее, матери, вина. Она слишком давила на дочь и в результате не только полностью подавила ее волю, но и лишила веры в себя. Не нужно было разлучать ее с тем парнем, Найджелом Леви. Возможно, Лайза смогла бы стать счастливой с ним, родила бы детей... А теперь один неудачный роман переходит в другой, и нет конца этой круговерти. У бедняжки как минимум сорок лишних фунтов веса, которые делают ее еще более безобразной. И Кевин... каким он был прелестным ребенком. С ним не было никаких проблем до тех пор, пока она не начала то и дело повторять ему, что он должен во всем равняться на своего брата. С тех пор Кевин и начал бунтовать. Сначала просто исчезал из дому на несколько дней, а потом, вступив в частный клуб, всерьез занялся альпинизмом. Этот его поступок ужасно удивил ее тогда. Боящийся высоты человек — и вдруг горные восхождения! Но потом она поняла. Это был вызов ей, даже не вызов, а стремление доказать, что и он, Кевин, кое-что значит в этой жизни.
Мне нельзя было иметь детей, пришла к неожиданному выводу Ханна. Дети — это не бизнес, здесь другие законы, которые я, к сожалению, так и не смогла до конца понять. Кевину и Лайзе я уже испортила жизнь и сейчас пытаюсь проделать то же самое с Ричем.
Но и понимая это, Ханна не могла вот так вот сразу сдать свои позиции. Слишком тяжело пришлось ей в жизни, слишком многое пришлось испытать.
Отставив в сторону чашку с недопитым чаем, она устремила взгляд в окно. Струясь, потоки воды сбегали по стеклу, то соединяясь в одну реку, то разделяясь на ручейки.
Вот так и моя жизнь, подумала вдруг она. Плыву то вниз, то вверх по течению и не замечаю, что жизнь почти прошла. Нужно изменить завещание, подумала вдруг она. Кевин и Лайза все равно никогда не будут заниматься делами, а это значит, что контрольный пакет акций должен быть у Рича. Власть должна быть сконцентрирована в одних руках, иначе последствия могут быть самыми плачевными.
Закрыв глаза, Ханна Рэдклифф позволила себе на какое-то время вернуться в прошлое. Картины былого величия семьи возникли в ее сознании словно по мановению волшебной палочки, и внутренним взором она ясно увидела огромный особняк в пригороде Бостона. Этот особняк ей показал отец, и от него же она узнала о том, как в годы Великой депрессии ее семья лишилась не только родного дома, но и почти всех своих денег. От империи Мэтлоков осталась лишь жалкая мясная лавка, доход от которой был слишком мал, чтобы прокормить всю их семью. Именно в тот день, глядя на ухоженные лужайки и окружающие дом огромные вековые дубы, она и дала себе слово вернуть семье этот дом, и, как ни странно, это у нее получилось. Сейчас, правда, там живут бостонские Мэтлоки, но половина дома все же принадлежит ей, Ханне Рэдклифф.
Кто бы мог подумать, что никому не известная молодая девушка станет вдруг ворочать миллионами?!
