– Будем слушать его дыхание. Или, напротив, пока он спит, будем пользоваться моментом и… – Он потянулся с поцелуем, и София была совсем не против его получить. Их губы соприкоснулись, и это единственное, что они могли себе позволить. Просто поцелуй, ласки… Ей нравилось наблюдать, как пальцы Анхеля медленно прикасаются к ее губам, потом скользят по подбородку к шее, вызывая учащенное сердцебиение и желание закрыть глаза, ощутить его губы. Он исполнял ее желание, иногда мучил, смотря в глаза. Его пальцы нежно скользили ниже, касались набухших сосков, вызывая возбуждение в трижды больше. И вот теперь за сердцем не поспевало дыхание.
София была словно фарфоровая кукла в руках мужчины, которой хотел ее каждой клеточкой своего тела, но при этом боялся к ней прикоснуться. София стала запретна, хотя сманивала его на грех по несколько раз за день.
– Нам надо сходить к врачу. Хочу убедиться, что с тобой и с ребенком все в порядке.
София боялась этого момента. Последний раз, когда они были у врача, ей поставили бесплодие. А теперь она снова беременная. И как теперь можно верить этим докторам?
– Обними меня крепко, – шептала она, протягивая руки, и Анхель подхватывал ее, прижимая к себе. Она словно боялась проснуться, очнуться снова одинокой женщиной, которая потеряла малыша и мужа.
Они не стали затягивать с визитом к врачу – поехали в город уже через неделю.
– Не переживай, я буду с тобой. – Анхель вел машину, но держал руку Софии в своей, чтобы разделить ее волнение. – Ты беременна, и это чудо! Уже точно не рассосется.
Она впервые за утро улыбнулась. Он прав: надо думать о хорошем, о будущем, строить планы, покупать вещи для малыша…
В небольшой клинике принимала только один врач – Мона Абулгар. Египтянка по национальности, она жила в Сербии уже десять лет. Врач показалась Софии весьма приветливой.
– Я вас приглашу, мистер Бахти. – Мило улыбнувшись, доктор Абулгар повела Софию в кабинет, и тот согласно кивнул, понимая, что однажды уже видел эту картину. Только не хватало плакатов с беременными и кормящими матерями, развешанных на стенах. Вместо этого повсюду висели картины цветов. И, хоть обстановка не так нервировала, он по-прежнему не находил себе места. Ходил, сцепив руки сзади, туда-сюда, меряя шагами коридор.
Прошло минут тридцать, прежде чем дверь открылась и его пригласили внутрь. И эту картину он тоже видел! Только сейчас, наученный опытом, он первым делом взглянул на Софию… Жена улыбалась, ее глаза светились от счастья, и впервые за долгое время Анхель спокойно выдохнул. Все замечательно! Его губы растянулись в улыбке, он присел рядом, беря теплые руки жены в свои. Ее взгляд был ясный, в глазах читалось спокойствие.
– Мистер и миссис Бахти, – начала говорить доктор, привлекая внимание. Она сидела напротив них точно так же, как однажды сидел доктор Павич, – у меня есть результаты УЗИ. Возник вопрос, который нужно обговорить.
Анхель и София тут же посмотрели на доктора, их руки разомкнулись. Врач взяла заключение, внимательно изучая его, а потом снова обратилась к ним:
– Я не имею больше на руках никаких документов, кроме слов Софии и того, что вижу. Сразу начну с того, что София пережила операцию. Был удален один яичник, второй, с ваших слов, был поликистозным и не функционировал. Ваш врач поставил бесплодие, и он был прав. Но по непонятным мне причинам кист стало меньше. Возможно, сыграла роль первая беременность. Однако это не дает гарантии на последующие беременности, но то, что мы имеем сейчас, уже большой плюс для будущих зачатий. Сейчас София беременна, плод уже прикрепился к стенке. Вы пережили еще одну операцию на матке, я вижу рубец, – она показала черно-белый непонятный снимок, ткнув карандашом влево, потом вправо. – Эмбрион закрепился в противоположной стороне от рубца. Все бы хорошо, но есть большое «но» – по мере роста плода стенка матки будет растягиваться. После такой серьезной операции беременность рекомендуется планировать только через год, чтобы рубец окончательно зажил. В вашем случае прошло крайне мало времени, есть риск, что он разойдется, а значит, возникнет угроза обильного кровотечения, которое приведет к гибели плода и, возможно, матери…
– Что вы говорите! – София не хотела это слышать, она готова была заткнуть уши, но шокированный Анхель схватил ее за руку и крепко сжал, почти угадывая следующие слова врача.
– К сожалению… – Взгляд доктора стал сочувственным. Будучи женщиной, она прекрасно понимала пациентку, которая сидела перед ней. Ей тяжело было говорить, потому что слова звучали как приговор. – Во избежание риска смерти матери по медицинским показаниям я настоятельно рекомендую вам прервать беременность.
Ошарашенный Анхель перевел взгляд на Софию, плечи которой тут же поникли. Голова девушки опустилась, и она содрогнулась в беззвучных рыданиях…
София смотрела в окно на проносящиеся мимо знакомые пейзажи. Вот и поле, полное подсолнухов.
