Златан ушел в дом, а Милошу оставалось только проводить его взглядом: ответить он не мог. Но цыган забыл, что Милош уже вырос и может за себя постоять. Как только свадьба закончится, они с Розой уедут из Нови-Пазара и забудут о Златане, как о страшном сне.
Торжество началось с песен, музыки, танцев и застолья. Розу вывели из дома в белом подвенечном платье, и Милош улыбнулся. Девушка опустила взгляд, как подобает скромной невесте, но на ее щеках играл румянец.
Жениха и невесту усадили за главный стол, как в свое время Анхеля и Софию. Мужские столы расположились напротив женских, и Йоване пришлось сесть с бабушкой Гюли. Но как только во двор забежала Шафранка, девушка подошла к ней. Йована была рада ее видеть. Они даже обнялись, как лучшие подруги. Время все расставило по своим местам. Среди гостей были и сестры Йона, а за соседним столом сидел его отец. Он с улыбкой на губах поклонился Йоване. А вот сестра Нико, та самая Тияна, на которой так и не женился Йон, не приехала – до сих пор чувствовала себя обиженной. И этот факт Йовану порадовал. Она изредка оглядывалась на соседний столик, где Йон, поднимая рюмку, смотрел ей прямо в глаза.
Потом начались танцы. Такого веселья цыгане из Нови-Сада не видели уже давно. Людей было много, от шума буквально закладывало уши. Все кричали и желали счастья молодым. Бабушка Гюли даже прослезилась, и Роза ее крепко обняла в знак утешения.
– А теперь, – прогремел голос Златана, мужчина встал в центр празднования, – самый ответственный момент всех цыганских свадеб!
Он бросил взгляд на Милоша и хитро улыбнулся, а потом продолжил:
– Жених и невеста удалятся в свою комнату. И по нашей традиции, которая перешла к нам от наших прадедов и отцов, вынесут доказательство невинности невесты – простыню. Роза же невинна? – он обратился к бабушке Гюли, которую больше удивило сомнение в благочестии ее внучки, чем само требование. Златан посмотрел на Милоша – взгляд у парня стал растерянным. Златан улыбнулся еще шире. Вот он, его победный ход в этой игре.
– Мы воспитывали наших девочек в строгости, – возмутилась бабушка.
– Внука своего вы воспитали иначе: до меня дошли слухи, что он жил в вашем доме с девушкой до брака.
– София жила в другой комнате, – строго ответила бабушка. – И мой внук – мужчина, не забывайся, Златан.
Милошу стало дурно. Он вспомнил Ясмин, их любовь, которая однажды вдруг стала плотской. Но тут же пришел в себя и подумал о Розе, боясь встретиться с ней взглядами. Он почувствовал, как она сжала его руку. Розе была нужна поддержка не меньше, чем ему.
– Вот и посмотрим, какая у вас любовь, – наклонившись, Златан прошептал Милошу на ухо. – Настоящая или фиктивная.
Молодые зашли в комнату и увидели, что узкая постель устлана лепестками роз. Цыганки старались, создали атмосферу первой брачной ночи. Даже свечи горели на комоде.
Дверь захлопнулась, и послышались смешки: это женщины предвкушали волнующее событие и переживали за невесту.
Роза стояла посередине комнаты, бледная, одинокая и беспомощная. Милош же, напротив, был зол и возмущен. Он огляделся, отмечая для себя, сколько в комнате окон и можно ли через них выйти. Возможно, получится сбежать. Но окон здесь не было.
– Ты опять живешь в комнате без окон? В прошлый раз, когда был здесь, я и не заметил.
– Окна мне не нужны. Златан переделал чулан для меня и был рад тому, что я не занимаю много места. – Роза села на кровать и заметила висящее на стене красное платье. Ее передернуло.
– В доме моих родителей ты будешь жить в самой большой комнате, – успокоил Милош скорее себя, хотя прекрасно знал, что Розе это не нужно. Она создавала свой мир, и ей там было вольготно.
Милош присел рядом, и какое-то время они сидели в молчании. С улицы доносились звуки музыки и голоса людей, и от этого становилось грустно.
– Ты можешь не переживать, – наконец произнес он, – между нами ничего не будет. Тебе не стоит бояться.
– Но как же быть? – Она взглянула на него большими глазами. Очень красивыми при свете горящих свечей. Почему он раньше не замечал, насколько они завораживающие? – Милош, ты слышишь меня?
– Прости. – Он мотнул головой и улыбнулся. – Наш план не изменится, и никакой Златан не сможет этому помешать. Что он сделает, если на этой простыне ничего не будет? Ничего: замужество уже подтверждено юридически.
– Ты прекрасно знаешь традиции. Это станет унижением для нашей бабушки. Такого позора она не переживет, а у Златана появится повод поглумиться.
Роза была права. Милош об этом не подумал: в их деревне так яро традиции не соблюдались. Интимная жизнь всегда скрывалась от посторонних глаз. Но он жил со Златаном и помнил те свадьбы, которые проходили здесь. Милош вздохнул, думая, что можно предпринять.
– Не переживай, – успокаивала его Роза, – давай поступим, как это делают в фильмах и книгах?
– И как?
Она слегка улыбнулась, достала из ящика тумбочки маникюрные ножницы и уже приготовилась сделать себе царапину на руке, как Милош вскрикнул и выхватил ножницы.
