Ученик усмехнулся в ответ:
– Ведь ты сам обучал меня этим движениям.
Родственники закончили обниматься, после чего Джорон положил руки на плечи племянника и заявил:
– Как я вижу, ты усвоил часть уроков, молодец. Конечно, техника ещё несовершенна, однако лет через десять-пятнадцать сможешь сражаться со мной почти что на равных.
Юноша искренне улыбнулся после этих слов и оглядел собеседника: плащ явно был куплен на местном рынке, а под ним виднелся кожаный доспех, но тот не был украшен драгоценными камнями, ибо Джорон терпеть не мог вычурную одежду.
Дядя не выглядел на свои сорок три года – Артус бы дал ему не больше тридцати пяти, а за последнее время тот и вовсе похорошел. Он на самом деле был красив: голубые глаза, зачёсанные назад густые чёрные волосы, а также короткая ухоженная бородка с усами и утиный нос. Кроме всего прочего, у них с Эриком была одна общая черта – небольшой шрам пересекал левую бровь Джорона.
К сожалению, скоро идиллия была нарушена.
– Друг мой! Вы решили прибыть пораньше? – спросил, спустившись во двор, Ривал. Идущий рядом с ним Зелвас пока молчал, но его лицо отчётливо отражало внутреннюю неуверенность.
– Всегда надо быть на шаг впереди. Мы не можем знать, точно ли люди королевы пропустят такое событие, даже с учётом нашей конспирации, – последовал ответ Джорона.
Кивнув, Ривал обратил свой взор на показавшихся только сейчас спутников графа.
– Телрат, Имберт! Добро пожаловать в Стрэнтон. Прошу вас, будьте как дома, – проговорил он.
– Ривал! Как же долго мы не виделись.
Артус посмотрел в сторону говорившего – им оказался герцог Голдберг в излишне богато украшенной одежде. В отличие от Джорона, его волосы уже были полностью седыми, а морщины покрывали лоб. Дворянин выглядел старше своих сорока семи – юноше было очень сложно поверить, что они с дядей родные братья.
Остальные Голдберги стояли чуть позади герцога. В них Артус узнал жену Телрата, Имберт, её детей – Малика и Саманту, любимую тётю Лилию и, конечно же, Райка. Глаза начинали разбегаться от количества людей, но юноша собрался и, не сумев сдержать улыбки, посмотрел в сторону кузена: веснушки на лице Райка за последние несколько лет стали лишь сильнее заметны, но в остальном он возмужал – окреп в плечах и даже немного обогнал Артуса ростом.
‹Те же зелёные глаза… Ты, как всегда, больше похож на Баглернов, нежели на Голдбергов›.
С усилием отведя взгляд от друга, Артус обратил внимание и на остальных гостей. Лилия и Имберт, обе одетые в тёмно-бордовые платья, походили на сестёр, разве что лицо герцогини было уставшим, а тётя улыбалась и выражала тепло, когда ненароком встречалась глазами с родственниками. Малик тоже держаться достойно: только герцог Ривал появился перед гостями – наследник Телрата сразу же ему поклонился. В остальном он был обычным парнем, разве что необычайно тощим и высоким, даже выше Эрика – Артус в какой-то момент словил себя на мысли, что с таким телосложением наследник Голдбергов не является хорошим фехтовальщиком. Саманта же выросла замечательной девушкой: распущенные русые волосы, умные карие глаза и родимое пятно над пышной верхней губой… Она стала настоящей красавицей, под стать будущему мужу.
Что до одежды: все как один гости были облачены в бордовые ткани и имели на груди герб своего дома – треснувший ростовой щит. История такого выбора тянулась к старой Малидийской Империи. В те дни шла очередная война с Империей Фиделис. Она была далеко не первой, но очень важной – враги теснили малидийцев с каждым днём, но всё решил случай. Тогда ещё граф Голдберг встретился в бою с императором, стоящим во главе семидесятитысячной армии. Потеряв меч, дворянин всё-таки сумел скинуть правителя с лошади, а в дуэли на земле использовал лежащий рядом ростовой щит, который успел покрыться трещинами за время битвы. Граф был великолепен: говорят, он сломал врагу руку, после чего закончил сражение, валяясь в грязи, где, забитый куском древесины император и встретил свою смерть… За проявленную доблесть, принёсший победу в войне граф Голдберг стал герцогом, а гербом своего возвысившегося дома мужчина выбрал тот самый полуразвалившийся щит.
Когда с приветствиями было покончено, герцог Ривал попытался пригласить гостей внутрь, но Джорон наотрез отказался:
– Пока я полноценно не проверю навыки своих учеников – никто не покинет этот двор.
Все переглянулись. Зная Джорона, это была просто шутка, но даже герцоги не рискнули возразить ему.
Ривал ехидно проговорил:
– Если ты проиграешь, друг мой, то я расскажу всем, откуда твой шрам.
Артус никогда не слышал таких весёлых ноток в голосе отца, но большей неожиданностью стала реакция Джорона: он скинул балахон на землю, а после, подойдя к герцогу Телрату, взял у того своё оружие – «Реку Крови» – один из редчайших «синих» мечей, после чего, повернувшись к Ривалу, произнёс:
– В таком случае я буду сражаться в полную силу.
