Несмотря на сильный ор, произнесенный прямо в ухо спящей, её глаза не собирались открываться.
— Это какой-то прикол? ВСТАВАЙ!!!
Крики не могли разбудить Аню, и это сильно удручало Серёжу.
«Придётся силой»
Он потянул ладонь вперёд, но неожиданно дикий наплыв фантазий остановил его руку.
«А за какое место мне надо схватиться, чтоб её разбудить?»
Он принялся водить рукой рядом с её телом, пытаясь подобрать верное место.
«Спина. Там ведь вроде лямки от лифчика у женщин. А если я его растормошу и открою. Не надо. Тогда ниже, нет, здесь же талия. Так, голова — это перебор, живот — ни в коем случае. Может плечо? Но она тогда носом по всей парте прокатится, наверно, ещё и волосы зажуются. Руки, точно, только не ладони».
Он потрепал её за предплечье.
«Никакого результата, надо, чтобы двигалось всё тело. Может приподнять за подмышки. Нет, ни за что. Чёрт!»
Аня громко зевнула и подняла голову.
— Уже перемена?
Она смотрела на Серёжу заспанным, ещё мало понимающим что-либо взглядом, и он был прекрасен.
— Да, пойдём до умывальника?
— А-а-а-а-ах, пошли.
Они поднялись со своих мест и вышли в коридор. На удивление, повсюду было довольно пустовато, из угла в угол шныряли разве что три пары каких-то друзей и подружек.
Серёжа глянул на свою спутницу и удручённо заметил тот самый холод в глазах, который встретил его в первые дни их знакомства.
«Тогда у неё, видимо, всё было плохо. Как минимум, та ситуация с сумкой. А ведь я так и не сделал ничего ни с сумочкой, ни с ключами, хотя, по-хорошему, я должен всё отдать Ане».
— Ань.
— Чего?
— Может сходим сегодня ко мне?
— О, я не против снова поиграть в осу.
— Тебе лишь бы воспользоваться моим гостеприимством.
— Что поделаешь, раз ты такой простофиля.
— Кто простофиля?
Аня умело отвертелась от вопроса, припав к кранику милыми губами. Серёжа обиженно хмыкнул и направился к раковине. Брызги ледяной воды окатили его лицо, и он уставился на своё зеркальное лицо напротив.
«Сегодня я всё ей расскажу. Я не думаю, что произойдёт что-то ужасное, если я это сделаю. Скажем, я хотел поговорить с ней о её поведении и не решался подойти, так что дошёл аж до её дома».
— Ты чего застыл?
— Уже иду.
Он вышел к девушке, и они вместе затопали по коридору.
— Слушай, Серёж, а ты смотрел «Евангелион»?
— Ты разве смотришь аниме?
— Я ж… Ты же забыл, точно. Ты раскусил меня, когда я тебе нос разбила.
— Мда… Интересно. Я смотрел недавно.
— И как тебе?
— Я ничего не понял, конец какой-то странный.
— Ты про «Евангелион» или «Конец Евангелиона»?
— Их несколько?
— Понятно, ну, короче, в конце отец главного героя запустил программу комплементации человека.
— Это я слышал.
— Короче, все души людей соединились в одну для того, чтобы якобы отыскать нечто потерянное человеком. В лице Синдзи описывается процесс комплементации — каждый герой является жертвой каких-то комплексов либо страхов, и Синдзи через переосмысление человека с помощью знаний и мировоззрений всех душ приходит к гармонии.
— Ты так быстро это сказала, что я, наверно, понял ещё меньше, чем при просмотре.
— Эх… Неважно, главное не смотри «Конец Евангелиона», там полный ужас: серия начинается сразу с… Неважно.
— С чего?
— Ты ещё маленький, чтоб такое знать.
— Правда?
Покрасневшая Аня, сопровождаемая немым укором Серёжи, ускорилась в класс.
«Какая же она милая».
Юноша стоял посреди коридора, взирая вдаль и почёсывая спину.
«Кто это?»
Неподалёку от него стоял какой-то парниша, уткнувшийся в телефон.
«Рамир?»
Серёжа поймал себя на ужасной мысли и извлёк из неё два факта. Первое — это и правда был Рамир. Второе — он не знал, откуда его знает, как бы тавтологично это не звучало.
Он был из другого класса, возможно другого возраста, не увлекался абсолютно ничем, что любил Серёжа, да и банально выглядел довольно дерзко и вульгарно, нося длинные волосы до плеч и вечно слегка спущенные брюки, дабы было видно трусы. Причём брюки вечно менялись, но трусы оставались теми же.
Серёжа знал всё это, но откуда? Он не понимал, ему становилось дурно.
«Ну его нахер!»
Покачиваясь на ходу, Серёжа еле добрался до класса и повалил свою разболевшуюся голову на парту.
Последующие уроки прошли без происшествий, после звонка безрассудный Серёжа позвал Аню к себе домой, и та охотно согласилась, уже описывая, какие именно карты она будет проходить.
Это конечно всё весело, но есть дела и поважнее. Я понимаю, что тебе, скорее всего, кристально похер на мою личную жизнь, но это моя книга, уж извини.
