– Сделаем. И фотки, и пальчики, и камеры, и свидетелей, и родственников, и коллег – всех опросим, – загибал пальцы Миша, пока начальник дописывал и копировал информацию в рабочий блокнот.
– Хорошо. Пусть мне позвонят с Еленовки, хочу присутствовать на вскрытии. – Калинин сунул блокнот и листы в папку и захлопнул ее. – Ну а я помчал в Правление, там уже кипеж начинается. Как бы нас всех самих досуха не выпили, если облажаемся.
– Так невозможно же… – начал было Миша, но осекся:
– Вот именно, – покачал головой Калинин, видя замешательство коллеги.
Кирилл встал и мельком глянул на телефон: глава «семерок» уже в который раз требовал обновления информации, пока его не загрызло большое начальство.
Прочитав мысли старшего коллеги, Миша кивнул и, согнув руку в локте, сжал кулак, желая удачи.
– Спасибо. Чувствую, она нам всем понадобится. У меня такое ощущение, что мы конкретно встряли, – выдохнул Кирилл и направился к выходу, не оборачиваясь.
Он вышел в просторный коридор, где сновали подчиненные. Сегодня в Центре культурного наследия объявили выходной. Сотрудников вызывал на допрос по одному Богданов. У этого спеца даже самые матерые правители расколются.
Калинин сделал себе мысленную пометку позвонить коллеге. Да, утро сегодня не задалось. Кириллу в семь позвонило начальство в лице Константинова Олега Дмитриевича и с ходу начало орать, что у них под носом черт-те что творится, а эти остолопы спят! Под «остолопами» он имел в виду весь Седьмой отдел, кроме себя любимого. Он-то что? Ему надо сохранять чистоту в кабинете на случай, если явится кто-то из правителей, которые обычно на Седьмой отдел и внимания не обращали. Ну какое дело правящим до каких-то мертвых людишек и наказания для собратьев за убийства и истязания все тех же мертвых людишек?
Кирилл спустился на лифте в подземный паркинг и направился к своему «Кадиллаку», не переставая думать о том, во что все это выльется. Будет буря. Одно дело – какие-то людишки, другое – когда каждый из собратьев теперь потенциальная жертва.
Кирилл не мог объяснить, как такое возможно. Звонком Демону не обойдется, придется вызывать его и пытать, заставляя вспоминать всю историю народа с древнейших времен, а то и самому засесть за учебники. То, что еще вчера считалось невероятным, сегодня стало страшной реальностью и пугало даже его – существо, которое вместе с лучшим другом вытаскивало из глубокого колодца части тела маленькой девочки.
Сам не заметил, как выехал на улицу. Яркий свет ослепил, и пришлось притормозить, чтобы нацепить солнцезащитные очки. Сентябрь пока еще радовал теплым солнцем, золотом на деревьях и хорошим настроением. Кирилл опустил козырек и снова тронулся. Пятиэтажное пышное здание из розового камня в античном стиле, в котором произошло убийство, осталось позади, и Калинин помчался по широкому проспекту в Правление.
Доехал довольно быстро, что казалось немыслимым в час пик. Серое офисное здание из стекла и бетона в тридцать три этажа высилось над прочими – такими же серо-синими коробками. Деловой центр города, чтоб его! Все пробки соберешь, пока доедешь. Мог бы прыгнуть, но бросить свою малышку одну на парковке? Да ни за что!
Многие из них предпочитали иметь водительское удостоверение, но относились к нему как к необходимости из-за многочисленных контактов с людьми. Однако весь Седьмой отдел был обязан не просто иметь права, но и пройти курсы экстремального вождения. Может, и прихоть начальства, но прихоть полезная. Во всяком случае, и Кирилл, и его коллеги считали именно так. До сих пор Калинин с улыбкой вспоминал, как чуть не угробил и себя, и человеческого инструктора, с которым до сих пор поддерживал связь, чтобы пару раз в год ощутить прилив адреналина, гоняя по автодрому.
Чтобы найти парковочное место, пришлось спускаться аж на минус третий. Еще бы! Кирилл, конечно, поехал на место преступления сразу из дома, но представлял, что сейчас творилось в здании Правления.
Жутко захотелось переместиться к себе в офис и изучить все документы, выслушать доклады, а не самому докладывать, тем более что докладывать пока было решительно нечего.
Кирилл направился к лифту и почти дошел до него, когда рядом возник Ворон и хлопнул друга по плечу. Иван замер, заглянул в глаза Калинину и присвистнул:
– Да там реально все плохо!
Кирилл толкнул его в плечо, сердито покачал головой и вызвал лифт.
– Реально, – подтвердил он.
– А чего не моментом? А то лифт – это как-то… по-людски, что ли, – усмехнулся вечно веселый Иван Воронов.
– Оттягиваю неизбежное, – не заметил сарказма Кирилл.
– Ясно, – перейдя на серьезный тон, кивнул Иван. – Константинов звонил, орал, велел передать мое дело Шахтину и всячески оказывать тебе поддержку. Я так понимаю, в первую очередь моральную?
– Не смешно. Ее выпили досуха! Я такого никогда не видел! Эльнар в ступор впал, когда увидел, а ведь он еще с моим дедом работал!
– Я понял, – кивнул Ворон. – А теперь вдох-выдох. Мы же не истерички?
Кирилл закрыл глаза и сделал глубокий вдох. Удивительно, но стало легче.
