– Ирина! – кричала в трубку девушка. – Алло! Алло!.. Ирина!.. Вы меня слышите?.. Что-то со связью… Алло! Алло! Ирина!.. Вы в порядке?.. Алло!
Тело Ирины обмякло, голова откинулась на спинку кресла, где она сидела, телефон выпал из рук. Свет померк, звуки стихли…
Заключение патологоанатома должно было исчерпать сомнения Ильи. Но они остались. Более того, они усилились!
С одной стороны он испытал облегчение, так как теперь любые обвинения будут с него сняты. Отпадет необходимость отвечать на вопросы следователя, оправдываться, объяснять, каким образом бывшая жена очутилась в его дачном доме и прочее. Бессмысленно подозревать деда Акима, Трошкина и кого-либо еще, ведь состав преступления отсутствует. Маша умерла, потому что пришло ее время. Истек отмеренный ей провидением срок. Но Илью почему-то преследовала мысль о постороннем вмешательстве в ход событий: он чувствовал, что жизнь Маши укоротили намеренно. Кто это сделал и зачем?
Он сидел за ноутбуком и писал сценарий на автомате, размышляя о других вещах. Это свойство сознания раздваиваться и действовать на разных уровнях, чрезвычайно занимало его. Однако сейчас Илья решал иную головоломку.
Когда в глазах зарябило от букв и строчек, он встал, потянулся, побродил из угла в угол и… набрал номер судебного медика.
– Простите, могу я уточнить кое-какие детали?
– Да, пожалуйста, – дружелюбно ответил тот. – Вас что-то смущает?
– Скажите, вы не заметили при осмотре тела ничего необычного? Ну… следов от инъекции, к примеру… пушинки в дыхательных путях…
– Полагаете, даму отравили каким-то препаратом или задушили подушкой? – усмехнулся эксперт. – Это исключено. По просьбе профессора Затулина я провел самое тщательное исследование, взял образцы тканей… Они еще изучаются, но сюрпризов не будет. Поверьте!
– Есть яды, которые распадаются в организме достаточно быстро. Их невозможно обнаружить.
– Я в курсе, – спокойно ответил эксперт. – Подобные вещества существуют, но доступ к ним строго ограничен. Не думаю, что покойная представляла интерес для спецов, которые ими пользуются. Что касается инъекции, то я внимательно осмотрел кожные покровы и не нашел следа от укола.
– А таблетки? Маша могла перед сном проглотить успокоительную пилюлю, она иногда их принимала. Вдруг, ее лекарство подменили? – не унимался Илья.
– Послушайте, у вас навязчивая идея. Хотя…
– Что? Говорите, доктор! Любая странность имеет значение!
– Я заметил на шее трупа бледно-розовые пятна, однако никаких повреждений гортани не обнаружил. Да и сами пятна выглядят… м-м… обманчиво. Если кто-то и прикладывал пальцы к шее покойной, то слишком слабо, чтобы это повлекло за собой удушье и смерть. Это просто отметины, как после незначительного ожога. Кожа слегка покраснела, и все.
– Что же это за ожог? Откуда он взялся?
– Я не Ванга, гадать не буду, – вздохнул эксперт. – Я сфотографировал эти отметины и описал их в отчете. Но причинить смерть взрослой женщине они не могли.
– Это точно?
– Абсолютно!
Разговор с патологоанатомом породил у Ильи новые вопросы. Однако задавать их было некому. Эксперт выполнил свой долг и умыл руки.
«Неужели, Трошкин дошел до того, что душил свою любовницу? – думал Илья, наматывай круги по комнате. – Не до смерти, а так, чтобы попугать. Впрочем, на шее Маши, если верить специалисту, остались ожоги.
Мысли роем гудели в голове Ильи, – противоречивые, фантастические, страшные. Казалось, за смертью Маши стояло нечто необъяснимое и жуткое. По словам доктора, она умерла во сне. Любопытно, что это был за сон?
– Этого я не узнаю… О, черт! Походу, я опять попал в переплет…
Он надел куртку, ботинки и отправился на парковку. Книга, завернутая в непромокаемую ткань, лежала в багажнике его машины, на дне ящика с дорожными мелочами. Илья не рискнул принести ее домой: он не исключал обыска. Правда, багажник «субару» – ненадежное место для хранения такой ценности. Но все же получше, чем квартира.
Илья быстро прошел к машине, достал книгу, сел на заднее сиденье и развернул плотную прорезиненную ткань… Обложка была из кожи, выделанной вручную; с тиснением, со следами краски бронзового цвета. Замочек на удивление не поржавел. Интересно, сколько человек с благоговением и трепетом прикасались к этому фолианту? Он невольно затаил дыхание.
Неужели, Маша лишилась жизни из-за этой книги? Вывод напрашивался сам собой. За что еще ее убивать?
«Прекрати! – осадил он себя. – Ты не триллер сочиняешь! Это твоя жизнь. Вскрытие показало, что смерть Маши была естественной».
– Не верю, – беззвучно проговорил он. – Не верю, и всё. Хоть режьте!
