Он так волновался, что не сразу смог вставить ключ в скважину. Один замок поддался, второй… Щелк! Илья включил свет в прихожей и быстро прошел вперед, в темную гостиную.
– Есть кто-нибудь?.. Эй!
Раздалось слабое мычание. Илья ринулся вперед. Он бы узнал голос Ирины из тысячи женских голосов. С первого раза, с одного вздоха. Он бы узнал запах ее духов из тысячи других запахов…
– Ирина?! Я здесь! Все хорошо…
Он нашел выключатель, и под потолком вспыхнула всеми рожками нелепая люстра. На плюшевом диване, накрытый пледом, лежал хозяин. Он был неподвижен и не реагировал на появление незваного гостя. Рядом сидела привязанная к стулу женщина. Ее рот был заклеен, глаза слезились.
– Это я, – ошеломленно пробормотал Илья. – Не бойся! Всё позади… Потерпи секунду!
Он одним движением дернул за полоску скотча, которая закрывала ей рот. Ирина ничего не успела сказать. Ее опухшие веки сомкнулись, и она бы свалилась на пол, если бы не путы.
Илья метнулся в кухню за ножом, торопливо, но осторожно разрезал шнуры и подхватил женщину на руки.
– Корней настоящий маньяк, – проговорил он, укладывая ее в мягкое кресло. – Он чудовище!.. Ты меня слышишь?
Ирина не ответила. Она была без чувств. Илья легонько похлопал ее по щекам, приговаривая:
– Очнись… Приди же в себя, все хорошо…
Женщина оставалась бледной и едва дышала. Он взял со стола бутылку с водой, плеснул в стакан и поднес к ее губам.
– Пей!
Она не пошевелилась. Илья брызнул водой ей в лицо, только после этого Ирина вздрогнула и приоткрыла глаза.
– Это я, Самбуров! – обрадовался он. – Узнала?
В тишине было слышно, как тикают часы и бьет в окна снежная крупа.
– Что с Трошкиным? Он жив?
Ирина молчала. Ее восприятия смешались в один клубок, пропитанный страхом и ожиданием нового кошмара. Илья вызвал у нее двоякое ощущение: он был потенциальным убийцей, который тем не менее пришел ей на помощь. Она не могла довериться ему, но рассчитывать было больше не на кого.
– Что тут случилось? – допытывался он.
Ирина покачала головой, давая понять, что не в состоянии описать ситуацию.
– Ладно, разберемся…
Илья отошел от нее и склонился над Трошкиным, который выглядел покойником. Кажется, горбун сказал правду: он мертв. Пульс не прощупывается, тело начало остывать, появились первые признаки окоченения.
– Я вызову «скорую» и полицию…
– Не надо, – прошептала Ирина. – Не торопись…
Аня попрощалась с попутчиком, взвалила сумку на плечо и вместе с другими пассажирами побрела с платформы на привокзальную площадь. Было морозно, мела метель. Таксисты наперебой предлагали свои услуги. Девушка отказывалась из-за отсутствия денег и конкретного направления. Она еще не решила, куда поедет.
– Кому до Верданска? – спросил коренастый мужичок в пуховике с капюшоном. – До Верданска возьму за полцены.
– До Верданска? – вздрогнула Аня, подходя ближе. – Я не ослышалась?
– Да нет, все верно…
– А вы кто будете? – осведомилась она, поеживаясь от холода. – Документ какой-нибудь есть на пассажирские перевозки?
– Какой документ? – усмехнулся мужичок. – Хотите ехать, – садитесь, довезу в целости и сохранности. Вон мой вездеход! – он указал Ане на приткнувшийся у бордюра зеленый УАЗик. – Иначе в поселок не доберетесь, пока дороги не расчистят. Будете в Тамбове куковать до второго пришествия.
– Извините, я лучше автобус подожду.
– Тогда вам на автовокзал надо. До Верданска транспорт редко ходит.
Аня молча отвернулась и поставила сумку на снег.
– Вы боитесь, что ли? – не отставал мужичок. – Зря! Я не бандит какой-нибудь. Савелия Коробкина знаете? Охотник, знаменитая личность в поселке. Так вот, мы с ним приятели.
– Савелия знаю, – оживилась девушка.
Упоминание о Коробкине она сочла добрым знаком. Словно само провидение подсказало ей, как поступить. В Верданске ее точно искать не станут! Да и водитель УАЗика не выглядит пройдохой.
– Я в Тамбов к родне наведываюсь, – доверительно сообщил он. – Сестра у меня тут живет, хворая. Ни мужа, ни детей. Больно характером крута! Жили вдвоем с матерью… ссорились, но терпели друг друга. А как мать наша пять лет назад померла, сестра на моем попечении осталась. Вот я и мотаюсь туда-сюда.
Его спокойный житейский говор произвел умиротворяющий эффект. От этой ли монотонной речи, от усталости или плохого сна в поезде в голове у Ани помутилось. Она едва держалась на ногах.
– Вы прямо сейчас едете?
– Как пассажира найду, сразу и отчалим, – улыбнулся он. – В Верданск добираться неудобно, особливо в такую погоду. Так что вам, девушка, можно сказать повезло. А вы еще носом крутите.
– Рискну, пожалуй, – решилась Аня. – Вы человек надежный, приятель Савелия.
– Я с вас много не возьму. Мне чисто ради компании. Скучно одному за рулем! Я пару раз чуть не уснул и в дерево не врезался. С тех пор ищу попутчика, а лучше попутчицу. Я ведь тоже не всякого в машину беру. Ну так что? Едете или нет? Не бойтесь, я вас не обижу!
Аня поколебалась минуту, взяла свою сумку и села в неопрятный, забрызганный грязью УАЗик. Видно, дороги в Тамбове посыпали такой же химией, что и в Москве. Сзади громоздились какие-то тюки.
