Илон Маск полностью

И все же Маск давал Левчину и поводы для восхищения, например демонстрируя свою осведомленность в различных вопросах. Однажды Левчин и его инженеры столкнулись со сложной проблемой, связанной с базой данных Oracle, которую они использовали. Маск заглянул к ним в кабинет и, хотя он и был специалистом по Windows, а не по Oracle, сразу понял контекст разговора, дал точный и детальный ответ и вышел, не ожидая подтверждения своих слов. Левчин с командой снова обратились к инструкциям Oracle и нашли то, о чем говорил Маск. “Мы все по очереди пробормотали: «Черт, он прав», – вспоминает Левчин. – Илон порой несет какой‐то бред, но время от времени удивляет тебя, зная больше твоего в твоей же сфере. Думаю, главным образом он мотивирует людей, именно показывая остроту своего ума, которой от него не ожидают, поскольку многие принимают его за растяпу и пустомелю”.

К концу лета 2000 года Левчин начал замечать, что работать с Маском становится все сложнее. Он писал ему длинные служебные записки, в которых объяснял, что мошенничество грозит компании банкротством (одна из них нелепо озаглавлена “Мошенничество – это любовь”), но получал в ответ лишь резкие отписки. Когда Левчин разработал первый механизм коммерческого использования технологии CAPTCHA для предотвращения автоматизированного мошенничества, Маск не проявил к нему особого интереса. “Это меня ужасно расстроило”, – говорит Левчин. Он позвонил своей девушке и сказал: “Кажется, с меня хватит”.

На конференции, проходившей в одной из гостиниц Пало-Альто, Левчин сообщил нескольким коллегам о своих планах уйти из компании. Они поддержали его, даже не попытавшись отговорить. Другим приходилось не легче. Его близкие друзья Питер Тиль и Люк Носек втайне заказали исследование, которое продемонстрировало, что бренд PayPal гораздо более ценен, чем X.com. Маск пришел в ярость и приказал стереть почти все упоминания о PayPal с официального сайта компании. К началу сентября все трое, а также Рид Хоффман и Дэвид Сакс, решили, что пришла пора свергнуть Маска с престола.

Маск женился на Джастин восемь месяцев назад, но так и не нашел времени на медовый месяц. В конце концов он принял судьбоносное решение отправиться в путешествие именно в сентябре, когда коллеги вступили в заговор против него. Он полетел на Олимпиаду в Австралию, собираясь по дороге заехать в Лондон и Сингапур, чтобы провести там встречи с потенциальными инвесторами.

Как только он уехал, Левчин позвонил Тилю и спросил, готов ли тот хотя бы временно вернуться на пост генерального директора. Тиль согласился, мятежники решили единым фронтом выступить против совета директоров и привлекли на свою сторону других сотрудников, которые подписали подготовленную ими петицию.

Заручившись их поддержкой, Тиль и Левчин с товарищами отправились на Сэнд-Хилл-роуд в офис Sequoia Capital, чтобы изложить свои соображения Майклу Морицу. Мориц полистал папку с петицией и задал несколько конкретных вопросов о программном обеспечении и проблеме мошенничества. Он согласился, что перемены необходимы, но сказал, что поддержит назначение Тиля директором лишь на время, пока не найдется опытный управляющий ему на смену. Приняв его условия, заговорщики отпраздновали победу в местной забегаловке Antonio’s Nut House.

Маск почувствовал неладное в ходе своих регулярных звонков в офис из Австралии. Он, как всегда, отдавал приказы, но теперь подчиненные, которые обычно не смели перечить, начали давать ему отпор. Причину этого он понял через четыре дня после начала путешествия, когда один из сотрудников, боготворивший Маска и осуждавший заговорщиков, переслал ему копию своего письма, адресованного совету директоров. Маск был потрясен. “Все это так меня расстраивает, что я даже не нахожу слов, – написал он в электронном письме. – Я трудился не покладая рук, вложил [в компанию] почти все средства с продажи Zip2 и рисковал собственным браком, а теперь меня обвиняют в злодействах, не давая мне даже возможности ответить”.

Позвонив Морицу, Маск попытался убедить его изменить свое решение. “Он назвал переворот «гнусным», – говорит Мориц, тонко чувствующий разные оттенки слов. – Я запомнил, потому что люди редко используют это слово. Он назвал его гнусным преступлением”. Поскольку Мориц не пошел на уступки, Маск поспешил купить билеты домой – им с Джастин даже пришлось лететь эконом-классом. Вернувшись в офис X.com, он посовещался с верными ему сотрудниками, надеясь найти способ подавить переворот. Они засиделись до поздней ночи, а затем Маск сел за одну из игровых приставок, стоявших в офисе, и стал играть в Street Fighter, проходя раунд за раундом.