Фокс постучал по клавиатуре, ввел номер аккаунта и пароль от одного из счетов Теренса Гриди в банке на Каймановых островах.
750 578,02 доллара на счете. Теперь все это принадлежит ему.
Удача ему улыбнулась. Но удача – не случайность, над ней надо потрудиться. Как однажды сказал Фоксу профессиональный гольфист после того, как забил мяч в лунку с одного удара на турнире с участием профессионалов и любителей: «Ник, я заметил, что чем больше тренируюсь, тем удачливее становлюсь!»
Примерно так он чувствовал себя сейчас. Аккуратно намекнув Микки Старру, что именно Теренс Гриди приказал убить Стьюи, он добился своего. Результат оказался лучше, чем он мог себе представить!
Жаль, что братишка умер, но в жизни всякое случается. Фокс цинично ухмыльнулся.
Теперь он богат. По-настоящему богат. О таком он даже не мечтал. Все, что оставалось, – продолжать работать на перспективу, играть на публику. Быть, как Теренс Гриди, уважаемым человеком. Пока все не уляжется. А потом он быстренько разведется и свалит в закат! За границу, подальше. С новой девушкой – ну, не такой уж и новой, уже третий год, как вместе, и при этом Мэрион, жена, ничего не подозревает.
Размышления прервал стук в дверь, вошла его верная секретарша:
– Простите за беспокойство, Ник. Тут полицейские, их двое, следователи. Интересуются, можно ли с вами побеседовать?
– Полиция, откуда?
– Полагаю, из Суссекса.
– Зови, – уверенно сказал он.
В кабинет вошел коренастый мужчина лет пятидесяти пяти с выбритой головой и элегантным галстуком, держа в одной руке лист бумаги, а в другой – служебное удостоверение. За ним последовал высокий мужчина помоложе в столь же элегантном костюме.
– Исполняющий обязанности инспектора Норман Поттинг и сержант Джек Александер из отдела по расследованию особо тяжких преступлений в Суррее и Суссексе, – объявил он. – Вы Николас Фокс?
– Да, – вежливо ответил тот. – Чем могу вам помочь?
– Николас Гордон Фокс, у меня ордер на ваш арест по обвинению в сговоре с целью совершения убийства.
Фокс озадаченно уставился на них, внезапно запаниковав. Что, на хрен, происходит? На миг он задумался, не броситься ли наутек. Но Александер, стоявший за спиной инспектора, загораживал дверь.
– Арест? – вместо этого произнес он. – Что вы имеете в виду?
Поттинг принялся зачитывать ему стандартное предостережение при аресте.
– Бла-бла-бла. Я адвокат, ясно? – махнул Фокс рукой. – Мне этот предполетный инструктаж на хрен не сдался. Сам знаю, как спасательный жилет надеть и в какой свисток дудеть.
Не обращая внимания, инспектор продолжил произносить речь.
– А расскажете, как правильно лямки на груди затянуть? – насмешливо поинтересовался Фокс. – И аварийные выходы укажите.
После утренней прогулки Грейс отправился с Хамфри в сад, зашел в курятник и, стараясь не обращать внимания на едкий запах, поднял крышку первой из трех коробок с гнездами. В соломе лежали два яйца разного размера – коричневое и голубое.
– Умнички! Так и передам вашему смотрителю Бруно! – обратился он к курицам, аккуратно вынимая каждое яйцо и перекладывая их в миску.
Он достал еще три яйца из других гнезд и направился к дому, словно крестоносец, который вернулся из победоносного похода груженный военными трофеями.
Прогуливаясь в шортах и шлепанцах по свежескошенной лужайке, Грейс внезапно испытал пьянящее ощущение полнейшего счастья. В такие минуты ему хотелось остановить время и навсегда запечатлеть момент в своей памяти. Он замер и постоял, глядя на коттедж и возвышавшийся позади холм, усеянный овцами. Время приближалось к девяти утра, и ясное лазурное небо, казалось, предвещало обещанную синоптиками прекрасную погоду на выходные. Лишь одна туча портила вид, и была она не на небе.
Кассиан Пью.
Даже когда он сообщил помощнику главного констебля о том, что убийство бедняги Стьюи Старра практически раскрыто, никакой благодарности не последовало; взамен Грейс получил замечание, что два убийства в Суссексе, совершенные за такой короткий период, станут поводом для плохих газетных заголовков. А потом Пью разразился гневной тирадой и обвинил Грейса в том, что тот подвел команду, не сумев предотвратить нападение Старра на Гриди.
А если Пью прав? Возможно, ему как лидеру следовало это предугадать. Но каким образом? Бывший комиссар лондонской полиции описывал полицейских как «обычных людей, совершающих необычные поступки».
«Иногда это правда, – подумал Грейс. – Но мы не супергерои».
Он понятия не имел, что делать с Пью. Помощник главного констебля встретил его с распростертыми объятиями после возвращения со службы в полиции Лондона только затем, чтобы тут же вонзить нож в спину и вновь поссориться. Несколько лет назад, когда они были одного ранга, Грейс, рискуя жизнью, спас Пью: передняя часть его машины оказалась над пропастью, и автомобиль повис на краю обрыва. За это Рой удостоился лишь скупой благодарности.
«Может быть, с точки зрения психологии как-то объясняется, почему люди ненавидят тех, кто спас им жизнь, – размышлял он. – Может, из-за какой-то врожденной гордости?»
