Имаго полностью

– Мы скоро вернемся, Холли.

Я по-отечески поцеловал ее в лоб. На нежных щечках заиграл румянец.

– Ушки на макушке, Алекс. – Холли слабо улыбнулась.

Я опустил жалюзи и, выйдя из номера, запер дверь. Марк и Дункан уже стояли на лестнице. От второго ощутимо несло алкоголем, и в ответ на мои вскинутые брови он пожал плечами.

– Разогрев. Где же Грейси?

Дверь номера отворилась. Это напоминало шоу в мужском клубе: сначала показалась одна нога, обтянутая тонким чулком, затем вторая. Я окинул взглядом изящные бедра, подчеркнутые узким зеленым платьем, стройную талию, по-девичьи высокую грудь. Завитые медные локоны рассыпались по плечам и кожаной куртке.

– Чего встали? – задорно спросила Грейси, глядя на нас. – Идем, что ли?

Я хмуро смотрел на эту рыжую бестию, а она – на меня, как будто мы собрались на свидание. Теплых чувств она во мне не вызывала – наоборот, хотелось схватить ее за волосы и бить головой о перила, пока на бледной коже не выступят багровые кровоподтеки.

– Держи. – Грейси сунула мне в руку платок. – Слюни вытри, мальчик. До пояса развесил уже.

Дункан взорвался смехом. Грейси пошла вперед, игриво покачивая бедрами, а я, разъяренный и униженный, швырнул под ноги ее платок с инициалами.

В баре было довольно людно, будто весь поселок собрался на вечерние посиделки. Мы вчетвером обосновались за круглым столиком в углу, потягивая каждый свой напиток. Я отказался от алкоголя: он нестерпимо вонял, и для меня оставалось загадкой, как Марк, Грейси и Дункан пьют это чудовищное пойло.

– Расскажи о себе, – попросил Марк, глядя в бокал с медово-золотистой жидкостью. – Откуда ты, как встретил Холли, куда направляетесь…

– Ну, – замялся я. – Я из Пайнберри, штат Вашингтон. Меня укусил имаго, а я – свою невесту. Она умерла.

– Соболезную, брат, – произнес Дункан. – Я потерял жену и сына. Их разорвал Червь – тот самый, что покалечил меня.

– Сочувствую, – я постарался вложить в слова побольше искренности. – Позже я заключил узы с одной девушкой. Хотел ее убить… но так вышло, что она сама стала имаго. Потом выяснилось, что Королева – жена ее брата. – И такое бывает! – изумился Дункан. – Прямо так? Стало быть, Холли – племяшка ее?

– Да. Оливия могла видеть их лица, поэтому не подозревала, что живет бок о бок с двумя персонажами из страшных сказок. Она дала отпор Королеве и забрала Холли.

– Что с ней стало? – хрипло спросила Грейси.

– Она… – я замялся, не смея произнести слово «умерла», – исчезла. А я забрал Холли и уехал. Имаго ловили нас несколько раз.

Повисло молчание, нарушаемое отвратительным кантри-исполнителем, чей голос доносился из старинного музыкального автомата. Каждый был занят своими мыслями. Я снова вспомнил то ощущение, когда Оливия покинула мое сознание, – как будто отпускаешь руку человека и видишь, как он падает в пропасть.

Грейси склонила голову набок. Волосы упали ей на лицо, оттеняя глаза. Она сделала глоток, не отрывая от меня взгляда, и процедила в бокал:

– Значит, ты заключил узы… какая она была?

– Фантастическая. – Мне не хотелось откровенничать об Оливии с Грейси. Тем более что в ее глазах что-то появилось – не то печаль, не то ревность.

«Если ты завязалась на мне, – подумал я, свирепо глядя на нее, – это только твои проблемы».

– А как вы встретились? – спросил я.

– Меня нашел Марк. – Дункан дружелюбно хлопнул его по спине. – В баре, когда я оплакивал семью. Слово за слово, мы познакомились; Марк рассказал мне об убежище, и мы отправились туда.

– Через некоторое время мы нашли Грейси, – усмехнулся Марк. – Она только вышла из кокона, была голой, испуганной и грязной…

– Эй!

– …и вот мы вместе. Мы жили в убежище месяц и уехали, потому что необходимо было кое-что сделать…

– Что? – полюбопытствовал я.

Дункан засмеялся. В его рюмку упали хлопья сигаретного пепла. Оно и понятно: планы этой троицы так же таинственны, как и они сами. Грейси смотрела на меня; она была уже ощутимо пьяна. Мне было неприятно чувствовать ее взгляд на себе.

– Убежище уникально, – сказал Марк, осушив бокал. – Старушка Агнес – хранительница с тех пор, как ее муж стал имаго. Именно он обустроил в бомбоубежище тайное место пятьдесят лет назад. С тех пор десятки вампиров находят там свой покой.

Я представил себе огромную крипту и вздрогнул. Насколько нужно быть преисполненным благородства, чтобы на пороге смерти построить приют для других пострадавших от проклятия? Я не представлял, чтобы мне пришло в голову делать что-то подобное.

Грейси отставила бокал и, выскользнув из-за стола, направилась к центру зала. Она медленно танцевала, покачивая головой, поводя плечами и закрыв глаза. Я впервые посмотрел на нее в упор; Грейси была некрасива, но обворожительна: тонкие губы, небольшие глаза, бледная, с синеватым отливом кожа, хрупкое тело – все в ней отличалось от жаркой красоты Оливии, которая свела меня с ума. Марк хмыкнул.

– Она пытается привлечь твое внимание.

– Пускай пытается.

Он пожал плечами. Дункан не слушал нас, ища зажигалку. Я видел, как Марк смотрит на Грейси, этот раболепный взгляд был мне знаком. Она открыла глаза и уставилась на меня.