Маленькое сморщенное личико было багровым, а губы и веки - синюшными. Совсем крохотная девочка легко умещалась на ладонях ученого; редкий темный пушок на головке сердито топорщился, глазки были слегка выпученными, и ребенок напоминал едва вылупившегося птенца. Натаниэль очистил дыхательные пути девочки от слизи, легонько постучал по спинке, и был вознагражден тихим жалобным хныканьем. Малышка замахнулась кулачком на ученого, задрыгала ножками, плач становился все громче; в груди хрипело - надо будет обязательно проверить дыхательную систему, - сморщенная кожа на лице новорожденной пошла трещинками, и под ней проступила алая паутинка кровеносных сосудов. Эссекс увлеченно созерцал происходящие с девочкой метаморфозы, с удовлетворением и некоторой гордостью отмечая, что несмотря на недоношенность, она казалась вполне жизнеспособной, но нужно провести некоторые анализы, чтобы быть до конца уверенным.
- Ну, и кем же ты у нас будешь - Изабеллой… - мужчина погладил девочку по мягкому животику. На боку кожа шла пузырями, затянутыми плотной кристаллической коростой, и вторая пара ручек, больше похожих на мышиные лапки, потянулась навстречу пальцам Синистера. - Агнессой?.. Или то и другое сразу?
- Х-хозяин?.. - надтреснутый голос Брейнчайлда прорвался сквозь толщу мыслей. - Хозяин, боюсь, мне нужна п-помощь, я один не справлюсь… - человечек осекся и умолк, когда пылающий алым взгляд резанул его через плечо. Узлистые пальцы неловко теребили край окровавленной простыни, по виску стекала мутная капля пота. Эссекс безо всякого интереса посмотрел на Арклайт, распластанную на кровати. Лицо ее разгладилось, дыхание было глубоким и размеренным, воздух с шумом выходил из приоткрытого рта, а живот, недавно раскрытый, разрезанный, был перечеркнут узким стежком шва. Сердцебиение и внутреннее давление были в норме, но этого было слишком мало, чтобы отбросить все опасения.
- Иди к ее мужу, - распорядился мистер Синистер. Он скоро перерезал пуповину и закрыл кювез. Девочка все еще заходилась жалобным писком, а второй малыш, прозрачный, лупоглазый, словно стрекоза, с темными сгустками внутренних органов, просвечивающих сквозь кристаллическую плоть, по-рыбьи открывал и закрывал маленький рот. - Роберт точно не откажется поухаживать за супругой. Заодно обрадуешь его. Скажешь… - пальцы напряженно сжали пластиковый колпак. Эти роды - целиком заслуга ученого, близнецы принадлежат ему. Они не смогут выжить, второй ребенок слишком слаб и, умирая, уведет за собой и сестру, сомнительно, что Призм и Арклайт желали бы мучений своим детям. Натаниэль сможет лучше о них позаботиться. О них. О ней. Несмотря на чахлость и слабость, младший явно одарен куда богаче старшей девочки. Мужчина прикрыл глаза, делая глубокий вздох. - Заодно поздравишь его от моего имени - с рождением здоровой девочки.
***
- Какой… уродливый ребенок, - протянула мисс Синистер, склонившись над кювезом. Она легонько постучала пальцами по прозрачной крышке и скорчила рожицу, когда выпученные круглые глазки обратились в ее сторону. Маленький мутант не плакал и не просил есть, практически все время спал, но сейчас его туманный блуждающий взгляд безо всякого выражения мазнул по лицу девушки. Нижнюю половину лица: пуговичный носик, слишком маленький рот и скошенный подбородок, закрывала кислородная маска. - Знаешь, все младенцы омерзительны, но хуже этого никого нет.
- Доверюсь в этом вопросе твоему мнению. Тебе, разумеется, лучше знать, - улыбнулся Эссекс в ответ на яростный блеск глаз Клодин. Его ладонь ласкающе прошлась по гладкому прохладному конусу кювеза. - Лично я нахожу ее прекрасной, не такой, как она, но идеальной… - мужчина с чувством, но без теплоты, смотрел на существо, подключенное к аппарату жизнеобеспечения. Почти все внутренние органы были плохо развиты; сердце работало всего на тридцать процентов, малый объем легких не позволял ребенку дышать самостоятельно, и функционировала только одна почка. Ее беззащитность умиляла, и Натаниэль даже немного жалел, что не сможет взять это дитя на руки: любая бактерия или перепад температур, даже самый незначительный, могли привести к фатальному исходу. Все манипуляции приходилось проводить с величайшей осторожностью и стерильностью; некоторые ткани отличались почти хрустальной хрупкостью.
- Как трогательно. Скажи еще, что имя ей подобрал, - презрительно усмехнулась Клодин.
- Хотя она появилась на свет благодаря мне, эта честь выпала ее родителям, - девочку, которую мистер Синистер отдал Призму и Арклайт, счастливые супруги нарекли Изабеллой, таким образом подарив ему Агнессу. Они должны быть очень благодарны ученому, ведь он избавил их от такого тяжкого испытания, как похороны собственного ребенка. После того, как Натаниэль закончит все свои эксперименты, едва ли несчастная Агнесса выживет; смерть наравне с Эссексом была ее повитухой, однако ученый не собирался отдавать ей девочку просто так. У них с малышкой еще много дел.
