– Может, потому что нехуй было божьим словом всех лечить? – рявкнул Льюис. – Как же вы достали-то с этим, – устало закончил он, качая головой. Спенсер всё это время наблюдал за сценой со стороны. Он пытался не вмешиваться даже эмоционально, но у него плохо получалось совсем уж не думать о происходящем. С одной стороны та же самая Корпорация не раз подвергала переделке человеческие тела, да и наны трудно было назвать чем-то естественным и необходимым. С другой стороны Спенсер, как ни странно, сейчас мог понять негодование Гриффина, как врача. Ему самому вряд ли бы понравилось, если бы на его лекциях выросло такое вот поколение плесени, как этот религиознутый придурок с медицинским образованием.
«А действительно, – задумался бывший агент, – я же никогда не проверял и не смотрел, кто и как понимает мои лекции. Что вообще происходит с тем материалом, который я так любовно пестую и редактирую перед каждым прочтением».
Мысль показалась ему такой неожиданной и дикой, что он едва не пропустил завершающий аккорд спора между докторами. МакФэрел что-то горячо шептал, стоя вплотную к Гриффину, который беспомощно озирался по сторонам, не в силах найти выход и сбежать куда подальше. До бывшего агента долетело последнее предложение Адама:
– Помоги Прядильщику родиться, жизнь носителя мне не так уж важна. Тогда я выпишу тебе и твоему другу пропуск в анклав. Или хотя бы прикреплю вас к нему номинально, чтобы у вас появились права и свобода.
Спенсер увидел, как Гриффина передёрнуло. Губы доктора сжались в узкую линию, глаза полыхнули дикой яростью, а длинные тонкие пальцы судорожно сжались в поисках оружия. Но табельного пистолета военного врача Гриффин давно не носил, да и смирился с мыслью, что никогда ему не встретится человек, способный вызвать у Льюиса желание не подарить, а лишить его жизни. Он молча двинулся вперёд, с силой оттолкнув плечом МакФэрела. Тот пошатнулся, но устоял, засеменив вслед за Льюисом и бормоча молитвы во славу Прядильщика. Льюис Джероми то и дело пинал носками ботинок камешки на дороге, пока его длинная чёлка, свисающая со лба, подрагивала в такт шагам.
– Погоди, – догнал доктора Спенсер и развернул мрачно шагающего вперёд дока к себе лицом, – ты действительно решил продаться за какую-то нашивку этому бесноватому поклоннику идиотизма?
– А ты внезапно стал моралистом, пёс? – холодно бросил Гриффин, сбрасывая ладонь агента со своего плеча. – Я сделаю то, что не могу не сделать, – сказал он разворачиваясь обратно и размашисто шагая прочь.
Крошечный накопитель для пассажиров грузового транспорта, решивших сэкономить на поездке и прибывших в грязных трюмах попутных грузовиков, представлял собой площадку с двойными герметичными дверями размером два на два метра. Посреди площадки на каких-то тряпках лежала, извиваясь в горячке, молодая женщина. Мокрые от пота волосы кофейного цвета облепили лоб страдалицы, а вокруг неё собралась вся братия настоятеля МакФэрела. Люди распевали какие-то мантры, жгли безумно вонючие свечи и благовония, способные удушить и здорового человека, не говоря уже о роженице.
Дочь Адама металась в бреду, то и дело выкрикивая что-то на гортанном наречии, на котором, видимо, принято было общаться в анклаве поклонников данной религии.
– Освободи мне помещение, – сказал Гриффин Адаму, опускаясь на колени рядом с женщиной.
– Это святая братия, сопровождавшая мою дочь в паломничестве на…
Льюис выразительно посмотрел на Спенсера. Тот пожал плечами, достал из кармана что-то продолговатое и направил это в потолок. Раздался оглушительный взрыв, сверху полетели куски обшивки и мелкое крошево. Святая братия в ужасе ломанулась прочь, снося собой закрытые двери во внутренние помещения. Гриффин только зубами скрипнул.
– Ты не говорил, что у тебя есть оружие, – процедил он, начиная осторожно осматривать пациентку.
– А это не оружие, – снова пожал плечами Спенсер, – это ракетница.
Льюис кивнул каким-то своим мыслям относительно осмотра, уже напрочь выбросив из головы происшествие с хлопушкой. Неподалёку он заметил указатель, из которого следовало, что совсем рядом есть медпункт зоны прибытия. Вскочив на ноги, Гриффин метнулся туда.
Он прибыл через несколько минут, облачённый в одноразовый хирургический костюм, на котором, однако, виднелись застиранные пятна от прошлых операций. В руках доктор тащил громоздкий аппарат и веер инструментов, упакованных в дезинфицирующую плёнку. Наспех вскрывая один за другим предметы, Гриффин складывал их в специальный лоток, нашедшийся рядом с хранилищем инструментария в медпункте.
Затем Льюис присоединил аппарат к женщине, обколов её десятком иголок, подсоединённых к тонким прозрачным трубочкам. По нескольким из них тут же заструились жидкости. Женщина перестала кричать и метаться, впадая в глубокий спокойный сон. Гриффин порылся во чреве агрегата, достал оттуда дыхательную маску и надел на лицо женщины. Затем он виртуозно вскрыл очередной пакет, и блеснул скальпелем.
