Нет, на это он пойти не мог. Собрав остатки силы воли, агент молча кивнул на дверь и выразительно постучал себя по наручному хронометру, вшитому в тонкий пластиковый браслет. Сейчас циферблат показывал обратный отсчёт до старта яхты.
И времени на разборки уже не оставалось…
Патрик сидел в своей каюте на борту крейсера «Новая Заря», и третий час подряд методично просматривал на голографическом планшете списки участников регаты «Осенние Сюрпризы». Личные дела, снимки, характеристики кораблей, списки экипажа, отметки таможенных терминалов… Дело было долгое, нудное, и навевало на него адскую скуку. Но начальник службы контроля Корпуса не давал себе спуску, зная, что больше этим заняться некому – полевые агенты, разосланные по сектору, добывали информацию, он её анализировал. И принимал решения. Собственный отдел обработки данных Корпуса Вуниш задействовать не мог, по меньшей мере, по трём важным причинам. Первая из них заключалась в огромном расстоянии до Малидакана и столицы сектора, что давало очень сильную задержку во времени – даже с учётом дорогущей и ненадёжной гиперсвязи. Второй причиной была абсолютная секретность операции и полученные от одного хитрозадого незнакомца исключительные полномочия, позволившие реквизировать стоявший на рейде крейсер Королевского Космического флота Гишпании со всей командой, даже без ликвидации командного состава корабля. И третьей, финальной причиной, так сказать, «вишенкой» на горько-кислом тортике, который ему подсунула судьба, было банальное нежелание вмешивать сюда своё руководство.
Ему лично хотелось взять за грудки тех двух засранцев, за которыми высокопоставленному офицеру Корпуса пришлось скакать по всему сектору, как скальному зайцу в буран, не успевая ни акклиматизироваться к очередному миру, ни по-человечески поесть, ни поспать… Не то чтобы Патрик страдал от неудобств, но осознавал, что порядком поотвык от полевой жизни за годы работы в центральном управлении.
«Пугать зазвездившихся засранцев в ранге от полковника и выше, и раз в год выезжать на контроль особо важных дел – разве об этом ты мечтал, когда шёл в Корпус? – спросил Вуниш сам у себя, отрываясь от голопланшета, чтобы сделать глоток остывшего кофе, запивая обезболивающее. – Тебе грезились погони, перестрелки, раскрытие шпионских сетей и тонкая дедуктивная работа по планированию изящных операций… Как ты был наивен, братец. Наивен и, чего уж, глуп».
Он отставил в сторону пластиковый стакан, и, давая отдых усталым глазам, начал оглядывать скудную обстановку каюты, фокусируя взгляд на разных предметах, напрягая и расслабляя мышцы. Бронированные стены, покрытые рядами заклёпок, металлические полки с Уставами и уложениями по боевым специальностям ККФ, несколько аляповатых эстампов с изображениями видов чужих планет, среди которых затесался детский рисунок непонятного зверя, выполненный маркером на куске обёрточного пластика. Жёсткая гравикойка с привязными ремнями, заправленная синим эрзац-одеялом, оранжевый куб тумбочки с аварийным комплектом, пустая оружейная стойка, на которой висела наплечная кобура Вуниша с табельным иглометом. Стол, привинченный к полу, неудобный стул, на котором сидел Патрик, устройство связи рядом с дверью – вот и все.
– Да, небогато живут политические офицеры флота, – вслух произнёс он, потерев веки и возвращаясь к планшету. – И это правильно. Враг – он чаще всего внутри, а не снаружи.
Внутренне улыбнувшись нехитрой шутке, высказанной специально для подслушивающих устройств, которую обильно насовали в принадлежавшую некогда политофицеру крейсера местные контрразведчики, Патрик открыл следующую папку. «Йозхан Думбпельникель… Дери тебя черти! – прочитал он имя владельца яхты «Грёзы Щербозуба». Радость от всплывшей поперёк экрана надписи «Погиб в системе 554.22.11 на пятом этапе гонки «ОС» у бывшего Инквизитора была совершенно неподдельной, хотя и тщательно скрываемой от потенциальных наблюдателей.
Пискнувший сигнал входящего инфопакета прервал мелькание на экране страниц очередного унылого отчёта о финансовых делах некоей госпожи-владелицы очередного гоночного корыта. Эта, без сомнения, достойная леди потратила на модернизацию судна порядка полумиллиона, полученных в результате сомнительной аферы по продаже металлолома и бывших в употреблении частей призового корабля, обнаруженного её мужем в туманности поблизости от ядра сектора… Однако, данные от агента были во сто крат важнее денежных операций, пусть даже и сомнительных. Вуниш отметил для себя название корабля, и открыл стек входящих пакетов.
Сообщение от агента Мольер пришло из системы Каталь, находившейся на самой границе сектора, и содержало, помимо архива отчёта, несколько графических файлов, изображавших высокого широкоплечего мужчину. Общий план, снимок в толпе, снимок в движении, лицо крупным планом. Короткие тёмные волосы, тяжёлый взгляд из-под низких надбровных дуг, прямой нос с характерной аристократической горбинкой…
