Словно в ответ на ее мысли за спиной вскрикнул один из солдат — тень поднялась вплотную к нему и обожгла. Меч Энзо разрезал темную сущность прежде, чем та приняла какую-либо узнаваемую форму.
С другой стороны поднялось несколько теней сразу. Лита сожгла две. Урс разорвал одну. Еще одну разрезал огнепоклонник Хар, из тех, что пришли с Тимом.
Мгновение спустя в другом месте площади поднялись новые тени, а затем еще и еще.
Земля ненадолго замолчала, и снова стала подрагивать.
— Огонь! Нужно больше огня на улицах! — крикнула Лита, и в стороны метнулись сразу четыре солдата, стремясь передать приказ дальше.
На темнеющих улицах города действительно зажигалось все больше и больше факелов. И оставалось надеяться, что если случится пожар, его успеют остановить. И в конце концов, город можно отстроить, а вот жизни не вернуть.
Тим вставил два пальца в рот и издал сложную переливчатую трель. Ему вторили трели со всех сторон. Лита была рада, что так много людей знают этот свист. Оставалось лишь верить, что на него ответят.
Рядом с ней возникла тень, и Лита почти не глядя, встретила ее открытой ладонью. Тень отшатнулась от горящей руки и разлетелась темными всполохами, смешиваясь со снегом и исчезая.
Сверху раздался грохот, как если бы камни ударялись друг о друга. Лита подняла голову и увидела сотни уродливых змееподобных существ — горгульи откликнулись на их зов и присоединились к бою. Их крылья громко били воздух. Некоторые из них бросались на тени, рвали когтями и зубами, другие сбрасывали огромные камни, прибивая тени к земле и удивительным образом лишая их подвижности, третьи плевались водой, и это замедляло тени.
И все же с каждой минутой Лита все отчетливее понимала, что тени задавят их числом. Появляются ли они организованно или случайно — сейчас не имело значения. Ужасен хаос. Не все отряды справлялись с тенями так же успешно, как ее. Кроме того, было невозможно защитить всех людей от контроля через кровь. Лита видела, многие уже ранены. Предсказать, чем это обернется невозможно.
День скачки по поверхности моря, заставил Беллу понервничать. Мало того что море штормило, так и Кельпи совершенно не беспокоилась, о том, что чувствует ее всадница. Она прыгала над волнами, как лошади перескакивают препятствия на скачках. Только вот волны были в десятки раз больше любой калитки или канавы, что могла бы преодолеть обычная лошадь. Впрочем, кельпи оказалась грациознее, быстрее и умнее любой лошади, а Беллу спасал опыт.
Приближение Авелота Белла заметила не сразу. Только когда полупрозрачное стихийное существо под ней свернуло к берегу, оттолкнулось от воды в последний раз, вызывая миллион холодных соленых брызг, и перелетело скалы, закрывающие вход в гавань, Белла поняла, что почти на месте.
Светящиеся копыта коснулись земли и кельпи сразу остановилась. Белла чувствовала гордость существа от выполненного поручения и нежелание идти дальше.
А еще страх.
Белла вызвала несколько всполохов огня на ладонь и чудесная лошадь с удовольствием слизнула их. Но страх ее по-прежнему был ощутим. Нечто темное и неправильное обитало в этих землях.
И Белла знала теперь что. Истина открытая ей Феосом, Великим Драконом Локосса, могла бы вызывать у нее куда больший страх, чем у кельпи. В конце концов, стихийное существо нельзя убить, оно часть стихии, часть самого мироздания. Первооснова, возможно даже более древняя, чем Всематерь.
Белла потрепала кельпи по переливающейся гриве, и шепнула:
— Иди, вернешься, когда страшное существо уйдет.
В ответном фырканье прозвучало сомнение в том, что подобное возможно. Белла и сама не была абсолютно уверена. Но она знала две вещи: нужно остановить Дэйву, и сделать все, чтобы остановить зло, сокрытое под городом.
Все годы, прошедшие со смерти Эдгара, Белла старалась не оказываться даже вблизи от Авелота. Теперь же его величественные стены, по-прежнему крепкие и неприступные, возвышались прямо над ней. И шла она как раз туда, где он умер.
Ей потребовалось не меньше часа, чтобы подняться от гавани к первым воротам. Удивительно, как прежде люди не жалели своего времени? В Ямалпе гавань была прямо у стен, а портовые постройки так и норовили использовать городские стены как подпорку, из-за чего постоянно приходилось штрафовать горе-строителей и сносить новенькие дома. Но даже за прошедшие полторы сотни лет Ямалп по размерам не догнал Авелот.
Белла торопливо миновала ворота, стараясь не смотреть влево, на те поля, где сражался ее брат. Цокот ее каблуков о мостовую гулко разносился в стороны, но она не боялась быть обнаруженной. Скорее даже наоборот, она этого хотела. Она знала направление, но все же надеялась, что успеет перехватить Дэйву прежде, чем случится непоправимое.
Спустя еще четверть часа ей пришлось отклониться от курса из-за того, что улицу перекрывало рухнувшее здание.
Она услышала ржание лошадей и свернула еще раз, а затем еще, и вышла к уличному амфитеатру. То, что она увидела, поразило.