В библиотеку, где их ожидал Райнер, вела длинная широкая лестница. Дар Фахад спускался по ступеням медленно, не отводя от них взгляда, боясь упасть. Млад вежливо сбавил шаг, готовый подать руку. Этому он научился пару дней назад, когда нес книги для Дэйвы. Млад улыбнулся, вспомнив ее мягкую ладонь, и как сложно держать книги одной рукой, но он справился.
Он встретился взглядом с Энзо, уже ожидавшим внизу. Воин явно его оценивал.
Улыбка Млада погасла. Наверняка в глазах опытного солдата он слишком тощий и неуклюжий, чтобы овладеть мечом.
Дверь за спиной Энзо распахнулась. Райнер как обычно знал, кто и когда придет.
— Рад приветствовать тебя, Дар Фахад, — Райнер кивнул.
— Позволь, друг мой, представить тебе Энзо…
— Рад видеть, господин, — Райнер развернулся к воину и поклонился, — простите, радость встречи с моим старым другом, заставила меня забыть о приличиях. Мы не ждали вас раньше оглашения. Однако раз вы здесь, я предпочел бы обсудить кое-что без отлагательств, — он распахнул дверь библиотеки.
Поднявшись на первый этаж Млад понял, что иных поручений на этот день у него нет, и если он улизнет из замка, то никто не заметит. Но куда ему идти? Побродить по улицам? Пообщаться с местными попрошайками? Он слишком хорошо одет, чтобы они с ним заговорили. На тренировочной площадке наверняка слишком много людей, его засмеют, если он явится туда среди дня.
Подумал, что неплохо бы найти выход на крышу и посмотреть на город сверху. На полпути к южной лестнице — единственной выводящей на все этажи — он понял, что упустил кое-что важное.
Решил, что Энзо телохранитель или помощник Дара Фахада, потому что у Энзо было одно имя, и он сидел на веслах. Но Райнер обратился «господин» к Энзо, а не к Дару. А на поклон Энзо ответил лишь легким кивком. Неужели в этой паре Энзо важнее? И тогда какие дела могут быть у Райнера с воином-иностранцем, прибывшим на столь жалком суденышке, что даже названия не прочитать?
Млад сам не заметил, как развернулся и пошел обратно. Любопытство пробудило воровской инстинкт.
Вместо того чтобы сразу открыть дверь на библиотечную лестницу, он несколько раз прошел по коридору туда сюда и к своей радости увидел другого парня из учеников Райнера. Тот шел с толстой пачкой бумаг к библиотеке.
Млад сделал вид, что только поднялся по лестнице, глубоко вздохнул, будто его мучила отдышка, и поднял брови, словно удивляясь подошедшему к дверям.
— Учитель сегодня не в духе, — доверительно шепнул он, — постарайся не скрипеть дверью, а то он, наверное, зарычит.
— Господин Райнер там? — испуганно переспросил парень.
— Да, и мечтает о тишине.
— Меня зовут Кир. Помоги мне. Эти двери ужасно тяжелые, сам знаешь, подержи минутку, я мигом вернусь, и мы не попадемся ему в зубы.
Млад опасливо оглянулся на библиотечную лестницу.
— Хорошо, я помогу.
Он придержал дверь на лестницу, и, обогнав парня с бумагами, осторожно отворил дверь в саму библиотеку. Нос тут же защекотало от запаха пыли, старых бумаг и чернил. Кир вошел в помещение, повернул направо, и исчез среди полок с бумагами. Ждать его возвращения действительно пришлось всего минуту или две. Он так же бесшумно прошел через дверь.
Млад же улыбнулся и закрыл дверь со стороны библиотеки.
Он успел заметить удивление на лице парня, но тот явно боялся Райнера, и решил не вмешиваться — об этом Младу сказал звук быстрых шагов Кира на лестнице.
Ступая на носочках, Млад прошел вглубь библиотеки, туда, где стоял любимый стол Райнера. Едва услышал голоса, скользнул в сторону и оказался у полок с тяжелыми книгами в красных обложках. Это показалось дурным предзнаменованием, но Млад все же постарался прислушаться к разговору.
Говорили не на локосском. И не на видерийском — он был похож на локосский, и в приграничном городке Млад не мог его не выучить. Не один год драил полы в таверне и разносил эль людям со всех концов света. Но этот язык звучал непривычно. Энзо говорил спокойно и, хотя слова звучали резко, интонации были мягкие, а звуки певучие. Для Райнера и Дара этот язык, похоже, не был родным. Дар неприятно каркал и хрипел, и Млад даже на мгновение подумал, что у него приступ. Обычно низкий и обволакивающий голос Райнера звучал выше, но все же мелодично. Они с Энзо хорошо понимали друг друга, а вот Дар казался недовольным.
Перебирая в голове языки Млад решил, что прежде не слышал ничего похожего. Мог ли это быть язык Островов?
Энзо вдруг рассмеялся и перешел на локосский:
— Да, господин Райнер, похоже слухи о тебе и вполовину не отражать того ужаса, что ты можешь внушить твоим друзьям. Я рад, что не друг тебе. Надеюсь никогда им не стать. Но я надеюсь, ты мне помочь.
— Помогу, — твердо ответил Райнер. — Я рад, что ты не побоялся озвучить свои желания.
Все трое рассмеялись, а затем Энзо и Дар попрощались с Райнером.
Млад по-прежнему стоял за полками, и старался не шевелиться, надеясь, что и Райнер скоро уйдет. Но тот сел за стол и принялся что-то писать. Спустя некоторое время он громко спросил:
— Млад, долго ты там еще будешь дрожать как мышь?
Ему ничего не оставалось, как выйти к столу.