— Выходит, — Лист посмотрел на Стюрлауга, — убивая пугало, мои люди использовали мечи, а не магию.
— Но я видела… — попыталась возразить женщина, под нестройный гомон других очевидцев.
— Все бабы дуры, — бесстрастно бросил Лист, и снова повернулся к Стюрлаугу, — ты говорил, что от них нет толку, и слову их нет доверия.
— Если они видели…
— Кто еще видел? — громко спросил Лист.
Вперед выступили еще несколько женщин, но ни одного мужчины.
— Слово этих баб, против слов моих лучших воинов. Они клевещут.
— Будь по-твоему, — старик плюнул в сторону женщины, и уже разворачиваясь, бросил: — утром мы поговорим до того, как бабы нальют мне эль.
Херлауг зыркнул на Мартина и ушел вслед за отцом. Толпа проводила вождей разочарованным молчанием. Выступившая женщина смотрела на Листа, в ее глазах стояли слезы, но она так ничего и не сказала.
Во рту стало кисло, Листу было противно от собственных слов, но они сохранили жизнь Мартина. Еще бы понять к добру или худу перемена в отношении Стюрлауга, в конце концов глава огнепоклонников все еще он, а не его сын.
Лист уже собирался лечь спать, когда в дверь постучал Вито.
— Херлауг не позволит тебе поговорить со Стюрлаугом.
— Херлауг…
— Он лжет тебе, — Вито поглядывал то на дверь, то на окно, — он говорит то, что ты хочешь слышать, то, что сказал бы его отец.
Лист невольно усмехнулся. Разговоры с Херлаугом отнюдь не доставляли удовольствия и слышать он точно хотел совсем иное.
— Стюрлауг хочет мира более меня, — продолжал Вито. — А его сын амбициозный…
— Индюк? — подсказал Тим.
— Верно. Вас всех перережут до рассвета. Или подожгут — отдадут огненному богу. Вам следует уйти из Эдильви и не возвращаться.
Лист скептически посмотрел на лавирца. Доверять этому человеку у него не было причин.
— Мы не достигли необходимых договоренностей, если утром…
— Ты не доживешь до утра!
— А тебе что с того? — в руке Хабра мелькнул нож. Лист предостерегающе положил ему руку на плечо.
— Я хочу мира, — Вито поднял руки показывая, что в них нет оружия, — я бежал сюда от войны Улрика. А вы дали Херлаугу возможность избавиться от вас, не теряя лицо перед людьми.
— Не улавливаю связи, — сказал Хабр.
— Херлауг ждет помощи от великого дракона, но сам готовится к войне, и совсем не божественной, если вы не заметили.
Не заметили как же. Уверенность Херлауга, прибывающих каждый день новых воинов, и упорство, с которым Херлауг настаивал на своем, будто тянул время.
— Он нападет на Локосс или Хелебрат? — спросил Лист.
— Огненный бог велит ему объединиться с Улриком, поэтому я здесь, — тихо ответил Вито.
Все встало на свои места. Никакой договор им не нужен. И войны они не боятся. Как Херлауг сказал? Воины уйдут из земель огнепоклонников? Вероятно на войну. Херлауг ждал возможности избавиться от локоссцев. Да и ждал ли? Тень в городе — не частое явление.
Пока Лист думал, как же поступить, в таверне поднялся шум.
— Пожар! — крикнул Лиам, указывая на дым, стелящийся по полу.
Люди Листа уже обнаружили, что двери заперты, а никого из местных внутри не было. Значит, его воины, оставшиеся снаружи или мертвы, или догадались уйти к конюшням.
Листа охватило спокойствие, как бывало иногда, когда точно знаешь что делать.
— Тим, командуй! Вито, ты еще здесь, Херлауг совсем тебя не ценит?
Тот лишь пожал плечами, наблюдая как Оси, топором рубит дверь.
Лист взял свечу и позвал сначала огонь, а затем Беллу. Была уже ночь, но придется ее разбудить. Потом шанса передать сообщение может и не представится. Насчитал тридцать шесть ударов сердца, прежде чем почувствовал жар на лице.
Не обращая внимания на охватывающее помещение пламя, на команды Тима и глухие звуки ударов ломающих дверь, Лист передавал сообщение: «Ничего не вышло, мы уходим из Эдильви. Они заключили союз с Улриком и помогут ему в войне с Хелебратом. Но не раньше, чем огненный бог даст им сигнал. Хотя возможно этот сигнал сотворит сын вождя огнепоклонников. Херлауг опасен. У него дар огня».
Над головой треснула деревянная балка. Листа осыпало щепками. Занялась крыша. Люди кашляли, а тяжелая дверь все не поддавалась.
Лист продолжил: «Я пойду на восток. Хочу взглянуть на усыпальницу дракона».
Рядом загорелась скамья, ноги обдало жаром. Двери, наконец, поддалась, и из-за них посыпались стрелы — огнепоклонники ждали их.
— Щиты! — скомандовал Тим.
Воины Листа выстроились и двинулись вперед. Он хотел напомнить, что едва они выйдут за дверь, то станут уязвимы с флангов. Но они и без него быстро меняли порядок.
Крики, стук мечей по деревянным щитам, и гудение пламени слились в единый шум за спиной. Почти все уже стояли у дверей. Кадм плел заклятия, что немного сдерживало дым, но не огонь.
«Вероятно, огнепоклонники расценят наши действия как богопротивные и попытаются убить нас. А возможно мы встретим настоящего дракона».
Его голос не дрогнул. Дожидаться ответа Лист не стал, надеясь, что не выдал своей тревоги.
Почти все его люди уже были на улице. Стена щитов сломана. Огнепоклонников было больше, но среди сражающихся Лист видел семнадцать своих человек. Вито тоже был среди них.