— Конечно, мы предлагаем людям тяжёлый шаг, но так лучше, чем продолжать жить в абьюзивных отношениях или там, где среда толкает тебя к алкоголизму. Иногда людям бывает нужен именно такой выход.
— Вторая заповедь продуктолога, — сказала Анна. — «Люди сами не знают, чего хотят». Проводите исследования, аргументируйте цифрами. Мы могли бы с вами долго и увлекательно спорить о том, что будет чувствовать человек, которого вы спасли от самого себя. Но я отказываюсь рассматривать этот проект, пока вы не покажете хотя бы трёх клиентов, которые пережили это и не прокляли вас и вашу родню до седьмого колена. Ваше время истекло, спасибо за презентацию.
— Вот и вы нам отказываете. Но мы обязательно найдём и покажем вам таких людей! — сказала девушка.
Анна не ответила: она выдвинула ящик стола и посмотрела на коробку с печеньем.
Ребята свернули планшет и вышли. Прежде чем дверь закрылась, Анна услышал обрывок фразы:
— …чего она такая злющая?
— Ой какой! — сказала Катя.
Они с роботом вернулись в особнячок. На крыльце дома сидел Лёва и трепал небольшую собаку. Пёс улыбался. Ани стоял в дверях, оперевшись плечом на косяк. Он улыбался спокойной улыбкой, какой Катя давно у него не видела. Когда они с роботом появились у дверей, Ани скользнул по ним взглядом и продолжил смотреть на собаку.
Катя присела на корточки рядом с Лёвой и протянула ладошку псу. Пёс лизнул её руку, Катя снова ойкнула и рассмеялась.
— Это соседский, — сказал Посланник. — Его зовут Борман.
— Вы знакомы с соседями? — удивился Ани.
— Я их знаю, — ответил робот и посмотрел на соседний дом — здание из имитации бревна с железной крышей. — Они меня — нет.
Робот свистнул собаке: в руке у него был невесть откуда взявшийся теннисный мячик. Он держал его, зажав между большим и указательным пальцем, и улыбался — точно как фокусник, который собирается превратить мячик в живого зайца.
Робот бросил мячик к дальнему кусту, растущему у штакетника, и собака убежала за ним.
— Эй! — сказала Катя.
Робот извлёк второй мячик и сказал Кате:
— Тоже хотите?
— Хочу! — Катя потянулась за мячиком.
— Тогда ловите! — сказал робот и кинул мячик в кусты.
Катя назвала робота засранцем и убежала за мячиком. Они с собакой вернулись. Лёва стал кидать мячик собаке, а Катя стала кидать сухими листьями в робота. Робот смеялся, притворно жалуясь на Катю, и закрывался руками. Катя прыгнула на него и попыталась заставить робота съесть мячик. Собака прыгала рядом.
Ани улыбался. Катя, казалось, забыла обо всём: о стрельбе, о потерянном доме, о Приюте. Было только осеннее утро, пёс, друг и робот. Ани помнил обо всём, но не спешил обрывать игру. Он напоминал себе, что можно учиться у всех, в том числе у Кати — тому, как можно забыться без таблеток. Просто самозабвенно делать то, что хочется. Кидать мяч, бежать за собакой, бежать от собаки, звать собаку, хватать Лёву, колотить робота, хохотать, кусаться и обниматься.
— Это что такое?
Ани посмотрел в направлении голоса: в калитку вошёл пожилой мужик с дриззловым лицом. Он был одет в кожаную куртку, слишком тёплую для такого утра. В руках у него был кожаный ремешок.
— Борман. Иди сюда.
— Здравствуйте, — сказала Катя.
— Иди сюда, — сказал мужик, не глядя ни на кого. — Кому сказал.
Собака неохотно подчинилась. Ани заметил, что правая задняя лапа пса — бионический протез, почти неотличимый от живой лапы. Наверное, жутко дорогой. Впрочем, те, кто живут в этом районе, наверняка не могут себе позволить ничего дешёвого. Сосед дождался, когда пёс подошёл ближе, дёрнул его за ошейник и подтащил к себе. Он прицепил поводок к ошейнику, натянул его так, что собака чуть подвисла в воздухе, и ударил пса по ушам.
— Кому сказал не лезть под калитку? — сказал мужик и ударил пса ещё раз. Звук удара был громкий и плотный, как будто кто-то с размаху бросил на пол старую картофелину.
— Ну что вы так с собакой? — сказала Катя.
Мужик посмотрел на Катю так, как будто она подняла с земли картофелину и предложила её съесть.
— Вы вчера шумели после десяти, — глухо сказал он. — Будете сегодня шуметь, вызову полицию.
Он сказал псу «Пойдём» и потащил его за собой.
— Скот паршивый, — сказала Катя. — Не мучай собаку! Посланник, скажи ему.
Мужик повернулся к Кате, изучая её немигающим взглядом глаз-щёлочек, и скривил губы, готовясь выплюнуть как-то слово.
— Полиция разб… — начал он.
Посланник возник рядом с ним — переместившись, как всегда, неслышно и молниеносно, словно телепортировался, — и сказал соседу ровным, спокойным тоном, но так, чтобы все услышали:
— Ты не вызовешь полицию.
И ударил того в зубы. Мужика согнуло, из его рта плеснула кровь, он опустился на одно колено. Посланник наклонился к нему и завершил фразу:
— А если вызовешь, я расскажу им, что ты выращиваешь в подвале. Понял, падаль?
— Х-х-ф-ф-ф, — произнёс сосед.
Робот повторил вопрос и занёс руку.
— Не надо! — сдавленно сказала Катя.
Мужик закивал и сказал неразборчиво:
— Фповял.
— Хорошо, — сказал робот.
— Собаку мы забираем, — сказала Катя.
— Не надо, — сказал робот. Он посмотрел Кате в глаза и помотал головой. Катя не стала настаивать.
