До знахарки между тем они добрались благополучно. Оставив у себя девушку, Мрака старуха на порог не пустила. Так что он устроился лагерем недалеко от землянки знахарки, временами пытаясь справиться о здоровье привезённой им девушки, но не получая никакого ответа. Что радовало, Мармагон так и не появился, а значит, жители деревни сдержали слово и не рассказали о них.
Лаэрта очнулась лишь спустя неделю, то ли благодаря настоям и травам знахарки, то ли благодаря своему крепкому организму. Ещё спустя неделю она пришла в себя настолько, что смогла встать и выйти из землянки, где почти сразу нашла Мрака. Он обрадовался, увидев её на ногах, но с беспокойством заметил, что они не могут оставаться так близко к замку Мармагона. Девушка не могла не согласиться, и ещё через пару дней, несмотря на её слабость, они вновь двинулись в путь.
Через пару дней пути, когда лес перестал быть таким густым, а Лаэрта за весь день почти ни разу не потеряла сознание, она наконец окрепла настолько, чтобы начать думать и разговаривать. А потому едва не первой её репликой был вполне закономерный вопрос:
– Как ты нашёл меня?
Мрак оглянулся на неё, но не ответил. Вместо этого он указал на появившуюся среди деревьев дорогу, что пока была едва видна, но он знал, что очень скоро она выведет их из леса.
– В Дэнэб тебе нельзя, Мармагон знает о твоём доме там, у меня есть одно безопасное место, – обеспокоенно заметил Мрак. – Эта дорога скоро выйдет к поселениям, боюсь, нас могут там ждать, так что будем держаться маленьких деревень в стороне от тракта.
Лаэрта мысленно согласилась, Мармагон знал теперь о ней всё – о Дэнэбе, о цирке, даже об Озаре и Раде, он легко найдет её и там.
– Откуда ты узнал, что я у него? – вновь спросила девушка, поскольку его молчание лишь подтвердило её догадку. Но она всё же хотела услышать это от него.
Мрак отвёл глаза, но понял, что придётся ответить, и спустя долгих две минуты молчания выдавил из себя:
– Прости, я не знал тебя, когда соглашался на эту работу, я не знал, что я…
– Оставь себе свои извинения! – яростно бросила Лаэрта.
Она не помнила, чтоб хоть когда-нибудь была так зла на кого бы то ни было. Это же именно он рассказал Мармагону, где её найти, когда её будет легче схватить, это из-за него её держали в темнице и пытали. А теперь он вдруг почувствовал вину и решил спасти её, такой себе рыцарь на белом коне. Она была слишком зла, чтобы здраво мыслить, и, ожесточенно бросив: «Оставь меня!» – пришпорила коня и умчалась так быстро, как могла, по петлявшей меж деревьев дороге.
Впрочем, сбежала она от него вполне удачно: его сумки были на её лошади. Обстоятельно осмотрев их, она заключила, что ей вполне хватит средств добраться, куда бы она ни пожелала. Оставалось лишь решить, куда именно. Мрак был прав: в Дэнэб ей нельзя, и к семье Мерцаны Мармагона она привести тоже не хотела, поэтому отправилась в единственное место, где ей могли помочь, – к Стоумам.
В ближайшей же деревне она узнала, что, наняв лодку, она может спуститься по реке до моря, а уже там из непрерывно курсирующих вдоль побережья кораблей наверняка найдётся хоть один, что будет плыть в нужном ей направлении. Слезть с коня она была рада, потому что, несмотря на почти двухнедельный отдых в доме знахарки, чувствовала она себя неважно. К тому же раны, что едва успели затянуться, в дороге вновь открылись и начали гноиться. Ей везло, потому как она смогла быстро найти лодку, затем так же быстро – корабль и так и осталась незамеченной. Однако даже с везением ей потребовалось ещё две недели, чтоб преодолеть водную часть своего пути.
Время, проведённое у Мармагона, не было заполнено лишь болью. Ведь они разговаривали: говорила не только Лаэрта, но и он. А ночи без сна дали ей время уложить в голове знания из библиотеки Озара, там по-прежнему было множество ненужной информации, но она научилась прятать её от себя, так чтобы не впадать в полуобморочное состояние при каждой фразе. Кроме кучи этой ненужной информации, в книгах была интересная теория о предельности магии звёзд для мира.
Звёзды падали всегда, некоторые находили носителя, привязывались к нему и покидали мир с его смертью, другие исчезали рано или поздно, так или иначе. Но некогда Чародей, бывший последним носителем звезды, собрал воедино всю магию и прекратил войны, разделив власть между семью людьми, будущими основателями правящих по сей день семей. И чтобы с его смертью и уходом его звезды войны не начались снова, он научился запирать звёзды так, чтобы они не покинули мир. И именно это привело к появлению собирателей – они не были носителями звёзд и не обладали их силой, но само наличие звезды давало магию.
Чародей понимал, что это неизбежно, и предсказал, что однажды звёзд в мире останется слишком много и их магия начнёт давать сбой. И Стоумы об этом знали, не могли не знать, и поэтому поначалу не хотели помогать Мерцане, уже перестав слепо доверять магии, но та умела уговаривать и взяла риски на себя. И поплатилась за это, навсегда потеряв себя и став Лаэртой.
