Они быстро занялись делом, едва договорившись о том, когда и как детишки нарвутся на следующую «отработку». Одно удовольствие было смотреть, как ловко уже (а ведь прошел только год!) снуют их руки, как четко двигается нож у юной ведьмочки, как равномерно работает пестиком, измельчая корень солодки, Гарри. Все-таки из мальчишки получится неплохой зельевар, хотя склонность его к артефакторике становится все более и более явной. По идее, основное ученичество этих двоих имело бы смысл поменять… Гарри гораздо полезнее будет поработать с Филиусом.
А вот Грейнджер еще пока загадка… На самом деле интересно было бы установить ее корни в магическом мире, если таковые, конечно, имеются. Это может помочь ей определиться, ведь пока она идет ровно, интересуется всем подряд и, Мерлин забери, все прекрасно получается! Но ведь пора выбора настанет, и достаточно скоро. Хорошо бы не ошибиться.
— Сэр, — Гермиона немного замялась, и Снейп ободряюще кивнул. Работа на сегодня была закончена, отчего бы не ответить на вопросы. — Могу я взять проект по зельям?
— У вас есть идеи, мисс Грейнджер?
— О да! У вас найдется полчаса, чтобы выслушать меня?
Уголок рта Снейпа дернулся в полуулыбке.
— Полагаю, если вы будете просто рассказывать, потребуется отнюдь не полчаса. Напишите основные моменты, я посмотрю.
Довольная Гермиона покивала, собрала свои записи в сумку, попрощалась и направилась к двери.
— Гарри, задержись.
— А как же?..
— Мисс Грейнджер может подождать в классе.
Нахмурившаяся Гермиона вышла, а Гарри весь превратился во внимание.
— Вашей подругой начинают интересоваться, — начал Снейп.
— Мы в курсе, — обрадовал его Гарри.
— Отлично, — Снейп был доволен, что объяснять с самого начала не придется. — Ваши планы?
Гарри поделился.
— Неплохо, а главное, достаточно закономерно. Можно потом будет перевести в перерасход магии и придумать что-то этакое… неизлечимое… или передающееся по наследству. Я проконсультируюсь у Сметвика.
У Гарри загорелись глаза. Больницу он любил не особо, но пообщаться со Сметвиком…
— В таком трудном и опасном деле, как посещение Мунго, позвольте обойтись без вас, мистер Поттер, — язвительно поддел брат, но быстро смягчился, видя, как младший разочарован. — О результатах расскажу тебе, конечно. А насчет мисс Грейнджер хочу сказать, что этот интерес возник довольно кстати. Ей скоро придется выбирать специализацию. И если нам помогут раскопать ее родственников, пусть и самых дальних, все равно, живых или мертвых, это определенно будет только на руку. Родовые склонности потому и родовые, что передаются потомкам.
— А то, что у нее сейчас склонности ко всему, это что значит?
— Во-первых, не обязательно к одному. Может быть два, реже три и совсем редко — четыре направления. Но не все. Пусть почитает биографии известных магов.
— А ты задай ей эссе!
— Гарри… может, как-нибудь сам справишься?
— Ладно, попробую. Но ты не ответил…
— То, что у мисс Грейнджер склонности не проявлены, может говорить о том, что она очень дальний потомок магов или же действительно магглокровка. Но если учитывать ее силу, последнее все же маловероятно.
— Но ведь родовой магии как таковой нет?
— Нет. Но есть склонности. Семейные наработки. И «места силы», в которых стоят фамильные дома или особняки. Хогвартс, кстати, тоже. У магглов прекрасно наследуется, например, талант к рисованию — по мужской линии, есть семейные линии у музыкантов, к изучению языков… У нас точно так же. Ты ведь уже замечаешь, что в чарах более силен, чем в зельеварении?
— Правда? Мне казалось, я могу заниматься и тем, и другим…
— Безусловно, можешь. Но мастером зельеварения ты сможешь стать с куда бо́льшим трудом, чем мастером чар.
— Значит, все-таки смогу, — улыбнулся Гарри.
— Тебя твоя подруга покусала, что ты хочешь всего и сразу? — насупился Снейп. — Все, иди уже, и не забудь, о чем я тебя попросил.
* * *
— Драко, я буквально на пару слов, — Люциус пригласил сына присесть на небольшом диванчике в гостиной родного факультета, а все слизеринцы, словно по сигналу, отошли.
Здесь было принято не лезть в чужие разговоры. Но подслушивать… Лорд Малфой кивнул школьникам, иронически ухмыльнулся и набросил на себя и сына Купол Тишины. Сын смотрел выжидающе.
— Я хочу сказать, что только что говорил с твоим деканом. И убедительно прошу тебя выполнять все, что он от тебя потребует или попросит.
Драко округлил глаза.
— Ты меня понял? — Люциус сверлил сына взглядом, пытаясь понять причину его приторможенности.
— А если он захочет чего-то… что не?..
— Не захочет. Мы все обговорили. Прости, я должен идти, — Люциус встал, попрощался с сыном и всеми остальными одним кивком и вышел прочь.
— Что тебе говорил отец? Если это не секрет, конечно, — Панси была тут как тут и, видя растерянность Драко, не без оснований рассчитывала на информацию.
— Декана слушаться велел, — развел руками Драко.
— И все? — Панси часто заморгала от удивления. — Действительно, странно. Я вроде не замечала, чтобы ты что-то такое творил…
